"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2021 » Февраль » 3 » Афганский шторм
08:53
Афганский шторм
Иванов, Н.
Афганский шторм 
Кто был «за», кто «против» ввода советских войск в Афганистан? Как готовилась операция «Шторм»? И почему она на­чалась на 4 часа 35 минут раньше времени «Ч»? Все это и мно­гое другое восстановлено по дням и по часам на основе секретных документов США и бывшего СССР писателем Ни­колаем Ивановым, участником боев на афганской земле.

«30 января 1978 г., № 0820. Из посольства США в Кабуле. Госсекретарю. Вашингтон. Немедленно. Конфиденциально. Тема: Афганистан в 1977 году, внешнеполитическая оценка …То, что Дауд по своей инициативе улучшил отношения с Пакистаном и Ираном, хорошо послужило в этом году интересам США… С целью оказания поддержки усилиям Афганистана сохранить возможно большую степень независимости от советского давления, что является принципиальной целью политики США в этом районе, мы продолжаем демонстрировать наш дружеский и ощутимый интерес заметным американским присутствием в стране.Элиот». Как видно из телеграммы, кроме стратегических интересов американские политики оставались верны себе и в другом: чтобы не иметь лишних врагов в борьбе с СССР, надо сделать их своими, пусть даже «привязанными», друзьями. Даже таких незаметных на мировой арене, как афганцы. Словом, 1978 год по отношению к Афганистану рассматривался в Америке как год дальнейшего теснейшего сближения. Однако история распорядилась по-другому – режим президента Афганистана Мохаммада Дауда через три месяца после отправления щифротелеграммы пал. И уже 20 января 1980 года в ЦК КПСС поступила докладная записка из Академии наук СССР. Вернее, это были тезисы «некоторых соображений о внешнеполитических итогах 70-х годов», подписанные группой академиков во главе с О. А. Богомоловым. На тридцати двух страницах давался как перечень достижений советской внешней политики, так и недостатки в этой области. По тем временам это уже означало многое, тем более что вывод напрашивался в «Тезисах» один – отступать за красивые лозунги, победные реляции больше некуда: в восьмидесятых годах страну ожидают многочисленные проблемы. Несколько страниц доклада посвящались Афганистану. Они интересны сами по себе уже хотя бы потому, что писалось все это, предвиделось и прогнозировалось, когда наши войска находились на территории ДРА всего 25 дней – 25 первых дней из 9 лет, 1 месяца и 21 дня войны. «Введением войск в Афганистан наша политика, очевидно, перешла допустимые границы конфронтации в „третьем мире“. Выгоды от этой акции оказались незначительными по сравнению с ущербом, который был нанесен нашим интересам: 1. В дополнение к двум фронтам противостояния – в Европе против НАТО и в Восточной Азии против Китая – для нас возник третий опасный очаг военно-политической напряженности на южном фланге СССР, в невыгодных географических и социально политических условиях, где нам придется иметь дело с объединенными ресурсами США и других стран НАТО, Китая, мусульманских государств и повстанческой армии афганских феодально-клерикальных кругов, обладающих сильнейшим влиянием на афганский народ. Впервые после Второй мировой войны мы оказались перед возможной перспективой локального военного конфликта, в котором, в отличие от корейского, вьетнамского и других, нам придется воевать собственными войсками. В связи с этим возникает угроза военной эскалации.2. Произошли значительное расширение и консолидация антисоветского фронта государств, опоясывающего СССР с запада до востока. 3. Значительно пострадало влияние СССР на движение неприсоединения, особенно на мусульманский мир. 4. Заблокирована разрядка и ликвидированы политические предпосылки для ограничения гонки вооружений. 5. Резко возрос экономический и технологический нажим на Советский Союз. 6. Западная и китайская пропаганда получила сильные козыри для расширения кампании против Советского Союза в целях подрыва его престижа в общественном мнении Запада, развивающихся государств, а также социалистических стран. 7. Афганские события, как и кампучийские, надолго ликвидировали предпосылки для возможной нормализации советско-китайских отношений. 8. Эти события послужили катализатором для преодоления кризисных отношений и примирения между Ираном и США. 9. Усилилось недоверие к советской политике и дистанцирование от нее со стороны СФРЮ, СРР и КНДР. Даже в печати ВНР и ПНР впервые открыто обнаружились признаки сдержанности в связи с акциями Советского Союза в Афганистане. В этом, очевидно, нашли свое отражение настроения общественности и опасения руководства указанных стран быть вовлеченными в глобальные акции Советского Союза, для участия в которых наши партнеры не обладают достаточными ресурсами. 10. Усилилась дифференцированная политика западных держав, перешедших к новой тактике активного вторжения в сферу отношений между Советским Союзом и другими социалистическими странами и открытой игре на противоречиях и несовпадении интересов между ними. 11. На Советский Союз легло новое бремя экономической помощи Афганистану. В создавшейся ситуации дальнейшее развитие процессов разрядки представляется маловероятным без решения афганского кризиса на компромиссной основе. Можно предполагать, что Вашингтон, продолжая показную пропагандистскую кампанию против «советской интервенции», вместе с тем постарается максимально использовать присутствие советских войск в Афганистане для подрыва международных позиций СССР. В таком случае США рассчитывают получить редкостную возможность навязать Советскому Союзу затяжную изнурительную войну с афганскими повстанцами в исключительно неблагоприятных для него условиях, оставаясь сами в положении «третьего радующегося». Вот такой документ лег на зеленое сукно стола Леонида Ильича Брежнева в конце января 1980 года. Генсек познакомился с ним вначале бегло, потом перечитал еще раз. Однако никому ничего не сказал, не оставил никаких знаков на листах, не распорядился отвечать. Просто отложил в сторону – много сейчас советчиков развелось, попробовали бы они разобраться в том, что происходило на самом деле. Однако через полгода, в июле, Брежнев потребовал записку ученых вновь. Когда Цуканов [1] через несколько минут принес папку, Леонид Ильич сидел над тремя страничками машинописного текста, подписанного академиком Сахаровым. ... «Президиуму Верховного Совета СССР, Председателю Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежневу. Копии этого письма я адресую генеральному секретарю ООН и главам государств – постоянных членов Совета Безопасности. Я обращаюсь к Вам по вопросу чрезвычайной важности – об Афганистане. Как гражданин СССР и в силу своего положения в мире, я чувствую ответственность за происходящие трагические события. Я отдаю себе отчет в том, что Ваша точка зрения уже сложилась на основании имеющейся у Вас информации (которая должна быть несравненно более широкой, чем у меня) и в соответствии с Вашим положением. И тем не менее вопрос настолько серьезен, что я прошу Вас внимательно отнестись к этому письму и выраженному в нем мнению. Военные действия в Афганистане продолжаются уже семь месяцев. Погибли и искалечены тысячи советских людей и десятки тысяч афганцев – не только партизан, но главным образом мирных жителей – стариков, женщин, детей, крестьян и горожан. Более миллиона афганцев стали беженцами. Особенно зловещи сообщения о бомбежках деревень, оказывающих помощь партизанам, о минировании горных дорог, что создает угрозу голода для целых районов… Я не буду в этом письме анализировать причины ввода советских войск в Афганистан – вызван ли он законными оборонительными интересами или это часть каких то других планов, было ли это проявлением бескорыстной помощи земельной реформе и другим социальным преобразованиям или это вмешательство во внутренние дела суверенной страны. Быть может, доля истины есть в каждом из этих предположений… По моему убеждению, необходимо политическое урегулирование, включающее следующие этапы: 1. СССР и партизаны прекращают военные действия – заключается перемирие. 2. СССР заявляет, что готов вывести свои войска по мере замены их войсками ООН. Это будет важнейшим действием ООН, соответствующим ее целям, провозглашенным при ее создании, и резолюции 104 ее членов. 3. Нейтралитет, мир и независимость Афганистана гарантируются Советом Безопасности ООН в лице ее постоянных членов, а также, возможно, соседних с Афганистаном стран. 4. Страны – члены ООН, в том числе СССР, предоставляют политическое убежище всем гражданам Афганистана, желающим покинуть страну. Свобода выезда всем желающим – одно из условий урегулирования. 5. Афганистану предоставляется экономическая помощь на международной основе, исключающей его зависимость от какой либо страны; СССР принимает на себя определенную долю этой помощи. 6. Правительство Бабрака Кармаля до проведения выборов передает свои полномочия временному Совету, сформированному на нейтральной основе с участием представителей партизан и представителей правительства Бабрака. 7. Проводятся выборы под международным контролем; члены правительства Кармаля и партизаны принимают участие в них на общих основаниях… Я также считаю необходимым обратиться к Вам по другому наболевшему для страны вопросу. В СССР без малого 63 года никогда не было политической амнистии. Освободите узников совести, осужденных и арестованных за убеждения и ненасильственные действия… Такой гуманный акт властей СССР способствовал бы авторитету страны, оздоровил бы внутреннюю обстановку, способствовал бы международному доверию и вернул бы счастье во многие обездоленные семьи. А. Сахаров». Больше всего Брежнева раздражал в этом письме последний абзац. Хотя каждому, кто более-менее глубоко знакомился с правозащитной деятельностью Сахарова, было ясно: во главу угла тот ставит вопрос о праве на эмиграцию, свободный выезд из страны. Но кому нужно это право? Простому народу? Нет, конечно. О простом народе у академика ни слова, весь упор на интеллигенцию и евреев, стремящихся в США и Израиль. Знания получали в Советском Союзе бесплатно, а отрабатывать хотят на дядю? Андропов подготовил справку, что в Израиле уже и так в оборонной промышленности работает около 90 процентов специалистов – выходцев именно из СССР. Так что, плохо учим? Или просто Сахаров хочет довести этот процент до ста? Раздражало Брежнева еще и то, что об этом обращении в Верховный Совет начали трубить радиоголоса Запада еще до того, как оно попало в Кремль. О нем давались пространные интервью – опять же западным газетам – самим автором и его женой. И договорился академик даже до того, что стал просить Америку применить по отношению к Советскому Союзу силу, чтобы под ее давлением СССР изменил свою внутреннюю и внешнюю политику. Вот так, не больше и не меньше. И после этого еще кто то считает Сахарова патриотом России? Говорит, что его зря сослали в Горький? И что он там насчет погибших твердит?
Категория: Проза | Просмотров: 73 | Добавил: NIKITA | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
0  
1 NIKITA   (03 Фев 2021 08:57) [Материал]
27 декабря 1979 года, в 18 часов 25 минут по кабульскому времени – на 4 часа 35 минут раньше первоначального срока и на 5 минут раньше окончательного времени «Ч», началась операция «Шторм», известная как взятие дворца Амина.Это назовут вторым этапом Апрельской революции в Афганистане, а к названию операции, составляя донесение в Москву, добавят цифры «333», что означало успех в ее проведении. После операции «Шторм» Афганистан и СССР на целое десятилетие вышли на острие политических страстей во всем мире.Однако история раз за разом напоминает, что политика вершится все-таки не на сцене, а за кулисами. И в событиях вокруг Афганистана это проявилось, как никогда отчетливо: здесь «артисты» практически вообще не выходили на сцену. К примеру, в начале 1978 года, когда об Афганистане и специалисты говорили крайне редко,

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]