"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2016 » Декабрь » 17 » Мы были первыми
05:00
Мы были первыми
Владимир Никитин.
Мы были первыми

Одна из глав вышедшей из печати в 2011 году книги "Особая миссия"
Полковник В.А. Никитин.
 
Время и место службы: декабрь 1979г. - апрель 1981г., г.Кундуз.
  
   23 декабря 1979г. 201-я мотострелковая дивизия (мсд), базировавшаяся в Душанбе, была поднята по тревоге. В соответствии с приказом о развертывании дивизии до штатов военного времени, в столице республики и окрестных поселках началась мобилизация приписного состава. К имеющимся 4 тысячам человек, в строй в течение трех дней было поставлено 13 тысяч. Основную массу мобилизованных составляли водители, поэтому движение в столице было парализовано, по городу прокатилась волна устрашающих слухов. В воздухе витало слово "война". Матери и жены провожали своих близких с надеждой, что слухи окажутся только слухами, и они скоро вернутся домой.
   30-летние призывники, уже далеко не спортивной комплекции, с трудом натягивали солдатскую форму, предназначенную для 18-летних солдат, получали оружие и технику с консервации, направлялись в узбекский город Термез.
   Потом по радио объявили о вводе наших войск в Афганистан.
  
Биографическая справка: Никитин Владимир Андреевич, полковник КГБ СССР в отставке. Род. 8 июля 1946г. в г.Новосибирске - ум. 3 июля 2011г. в г. Воронеже. В 16 лет был принят на завод "Электросигнал" (г.Воронеж), совмещал работу с учебой в школе рабочей молодежи. В 17 лет поступил в Ташкентское высшее общевойсковое училище им. В.И.Ленина. Окончил с красным дипломом в 1967г., местом дальнейшей службы выбрал г.Орджоникидзе. Через два года был направлен на высшие курсы военной контрразведки в г.Новосибирск. Проходил службу в особом отделе частей Западной Группы войск в Германии (1970-1975гг.), в г.Аягуз Семипалатинской области Казахстана (1975-1978гг.). В Республике Афганистане - в должности начальника особого отдела КГБ СССР по 201-й мотострелковой дивизии  декабря 1979г. по апрель 1981г.). Дальнейшие места службы: зам.начальника особого отдела КГБ СССР по Воронежскому гарнизону (1981-1982гг.). Начальник особого отдела танковой дивизии в г.Коврове (1982-1985ггю). Начальник особого отдела мотострелковой дивизии в Западной Группе войск в Германии (г.Дрезден, 1985-1988гг.), 8-й общевойсковой армии (г.Нора, 1988-1991гг.). После возвращения на Родину: начальник особого отдела 22-й общевойсковой армии (г.Горький, 1991-1992гг.). Дальнейшая служба: в Управлении налоговой полиции по Воронежской области на должностях от начальника оперативного отдела до зам. руководителя управления (1992-2002гг.). Почетный сотрудник налоговой полиции. Награжден орденом Красной Звезды (1980г.), 18 медалями, в том числе трех иностранных государств. Почетный сотрудник военной контрразведки (2008г.). С 1992г. постоянно жил в г.Воронеже.
  
   27 декабря в 15.00 201-я мсд по понтонному мосту через Амударью перешла Государственную границу СССР с Афганистаном. БТРы, БМП, окутанные дымом выхлопных газов и волной серой пыли, на другом берегу вытягивались в колонну внушительных размеров. Длина ее достигала 180 километров.
   Переправа продолжалась несколько суток. Последняя машина в дивизионной колонне пересекла границу только на четвертый день.
   В числе тех, кто первым вошел в Афганистан, был наш земляк, начальник особого отдела КГБ СССР по 201-й мсд 33-летний майор Владимир Андреевич Никитин.
   Глядя на его фотографии той поры - молодой, ладный, крепкий, с открытым бесстрашным взглядом, - понимаешь, что именно такие офицеры в поворотные моменты истории берут всю ответственность на себя, решают самые сложные боевые задачи. Именно благодаря самоотверженности, выдержанности, высокому чувству долга, - качествам, присущим русскому офицерскому корпусу, выполнялись и выполняются приказы Верховного Главнокомандующего. Будь то приказ на ввод войск в Афганистан, на разгром боевиков на Северном Кавказе или на выполнение миротворческих функций в Южной Осетии и Абхазии.
   В 2009 году полковник КГБ СССР в отставке Владимир Никитин рассказал автору-составителю книги "Особая миссия" о событиях, предшествовавших вводу войск, непосредственно связанных с началом войны на территории соседнего государства, боевых буднях 201-й мсд в одной из афганских провинций. Такими они остались в его памяти спустя тридцать лет.
   Итак, далее рассказ от первого лица...
  
   На границе с Афганистаном - тишина...
   В 1978 году я проходил службу в городе Аягуз Семипалатинской области Казахстана. За успехи в оперативной работе получил назначение на вышестоящую должность - начальником особого отдела КГБ СССР по 201-й мотострелковой дивизии в Душанбе. Повышение это было серьезное, должность ответственная, такие назначения проводились только после согласований и собеседований в Москве, куда меня и вызвали. В столице я прошел все необходимые инстанции и в конце концов получил "добро" на службу в новой должности.
   Прибыв в Душанбе, начал знакомиться с оперативной ситуацией, изучать руководящие документы. Военная контрразведка в этом регионе состояла из оперативного состава 201-й мсд и погранвойск. Перед нами стояла четкая задача: противодействовать возможным угрозам со стороны Китая. Собственно для этих целей в Душанбе и была размещена мотострелковая дивизия. На границе с Китаем, особенно в районе Памира, было много "проходных", уязвимых мест. Иран, Ирак, Афганистан, Пакистан, по мнению наших военных специалистов, не представляли угрозу для нашей страны, она исходила именно от Китая. Обстановка на границе с Афганистаном и Пакистаном была очень спокойной.
   Афганистан, как известно, первым признал Советскую Россию в 1919 году. Северные его провинции населяли выходцы, а точнее сказать, беженцы из СССР. Словом, те, кто в начале 20-х бежал из Средней Азии под натиском конницы Буденного, прибывшей бороться с басмачеством, или даже в 30-е годы - с началом коллективизации и индустриализации страны. Бывшие подданные Российской империи не испытывали вражды к Советскому Союзу. Обстановка в этом регионе, я бы сказал, была достаточно доброжелательной по отношению к СССР.
   В апреле 1978 года в Афганистане произошла революция. Наша страна ее поддержала, особенно не афишируя этого. В соответствии с межгосударственным договором СССР стал помогать соседу. Эта помощь имела и военный аспект: на базе 201-й дивизии из военнослужащих срочной службы, офицеров - таджиков, узбеков, которых трудно отличить от коренного афганского населения, - формировались батальоны охраны президента Афганистана. Одевали их в форму национальной армии, обучали, и они несли службу во внешнем кольце охраны. Мне вплотную приходилось заниматься вопросами формирования батальонов, и я чувствовал, что этим дело не ограничится...
   Потерь среди наших солдат и офицеров, несших службу в Афганистане, в то время не было. Их роль была символической, номинальной по большому счету. Президентский дворец, как известно, имел несколько ярусов защиты, они находились на внешнем кольце охраны. Несмотря на все меры секретности, маскировки - военнослужащие были в форме афганской армии, все знали, что это советские военнослужащие, шурави, и их не трогали, не предпринимали против них каких-то враждебных действий.
   Наступил 1979 год. По стране прокатились волнения, порой, выливавшие в военные восстания против существующей власти. В правящей партии - НДПА - произошел раскол, фракционная борьба между так называемыми "халькистами" и "парчамистами" привела к формированию реальной оппозиции. Никто из нас не питал иллюзий: Апрельская революция по своему характеру была вовсе не социалистической, а буржуазно-демократической. Свершившие ее революционеры, мыслили категориями далекими от социализма, интересы у них были соответствующие. Если использовать современную терминологию, то можно сказать: "олигархи" свергли президента, чтобы поделить власть между собой.
   Изменения во внутриполитической жизни страны затрагивали больше тех, кто жил в столице, до окраин волнения практически не доходили. И все же мы очень внимательно следили за ситуацией в соседней стране. Там продолжали работать сотни советских специалистов, приглашенных еще королем. В частности, только на азото-туковом комбинате, производившем минудобрения для выращивания хлопчатника, - несколько сот рабочих и инженеров. Комбинат располагался всего в тридцати километрах от границы, неподалеку от узбекского города Термез.
   Советские специалисты участвовали в строительстве дороги от Термеза до Пули-Хумри. Знаменитый тоннель на Саланге, который вспоминают всякий раз, когда заходит речь об Афганистане, тоже дело рук наших инженеров: его прорубали метростроевцы.
   Построенные нами дороги в соседней стране были отменного качества, в чем мне позже довелось убедиться лично.
   Дополнительная информация:
   Политический кризис в Афганистане 1970-х гг. привел к неоднократной смене власти. В июле 1973г. при участии армии произошел государственный переворот, в результате которого была свергнута монархия и установлен демократический строй во главе с президентом Мухаммадом Дуадом. Вскоре развернулась борьба за выбор пути дальнейшего развития страны. 27 апреля 1978 г. в Кабуле группа офицеров - членов Народно-Демократической партии Афганистана (НДПА) совершила военный переворот, получивший название "Апрельская (саурская) революция". 30 апреля страна стала Демократической Республикой Афганистан (ДРА). Председателем Революционного совета (высшего органа власти) и одновременно премьер-министром ДРА был избран генеральный секретарь ЦК НДПА Нур Мухаммад Тараки. Заместителем председателя Революционного совета и заместителем главы правительства Афганистана - Бабрак Кармаль...
   Уже 30 июня 1978г. постановлением Совета Министров СССР было создано Представительство КГБ СССР при органах безопасности ДРА в составе 19 человек, включая оперативных работников и техперсонал.
   Христофоров В.С. КГБ СССР в Афганистане 1978-1989гг.
   Нас принимали за королевскую гвардию
   Как для 201-й мсд началась Афганская война?
   Все происходило по обыденному просто. 23 декабря 1979 года, в воскресенье, где-то в районе 20.30, дивизию подняли по боевой тревоге. Нам зачитали приказ: начать развертывание соединения до штатов военного времени - это порядка 17 тысяч человек. В мирное время, в сокращенном составе, мотострелковая дивизия насчитывала примерно около 4 тысяч человек, техники же на складах было законсервировано для укомлектования полного штата.
   Сопоставьте цифры: 4 тысяч и 17 тысяч человек - столько сразу должны поставить в строй!
   Сначала подняли военнослужащих постоянного состава. Затем в работу включились военкоманты: началась мобилизация приписного состава - жителей Душанбе и прилегающих поселков, в основном, водителей, строителей. Через военкоматы забирали из народного хозяйства хлебовозки, молоковозы, бензовозы, которые могли пригодиться для подвоза хлеба, воды, топлива в полевых условиях.
   Столица была полностью парализована, население, а там проживало порядка 450 тысяч человек, деморализовано слухами о грядущей войне, все производство на время замерло... В общем, аспектов в деятельности контрразведки в тех условиях было хоть отбавляй.
   Три с половиной дня шла мобилизация. Какие только проблемы не возникали! С обмундированием, например. Не могли одеть призывников: хэбэшки были рассчитаны на субтильных восемнадцати-двадцатилетних пацанов, а мы ставили в строй тридцатилетних зрелых мужиков, у которых уже успело вырасти брюшко.
   Снимали с консервации технику, выдавали оружие... Я бы осторожно отнесся к утверждениям некоторых "очевидцев", что техника на складах хранения была разукомлектована или небоеспособна. В каждом кадрированном подразделении был взвод, рота, которые в мирное время охраняли технику и отвечали за ее регулярное техническое обслуживание. Техника была на ходу и готова к боевым действиям - могу говорить об этом с полной ответственностью за свои слова.
   Выходила она с баз хранения в течение нескольких дней: и вовсе не из-за неисправностей, а совсем по другим причинам. Из приписного состава, набранного в Душанбе и окрестностях, по ВУСам (военно-учетным специальностям) легко укомплектовали подразделения саперов, строителей, обычных водителей - второй по значимости категории призывников, но катастрофически не могли набрать из имеющегося резерва механиков-водителей на БТРы, БМП, танки, водителей на большегрузные "Уралы"! Их местные военкоматы просто не "бронировали" в необходимом нам количестве, т.е. здесь были упущения, вызванные тем, что мобилизационные планы ориентированы на Китай и совсем не рассматривали "афганское направление". Будь Афганистан изначально в планах, были бы совсем другие мобзадания...
   Сажали солдатика, которого самого за рулем не видно - рост метр пятьдесят - на большегрузный "Урал". Он подкладывает на сиденье сапоги, чтобы только быть повыше, разглядеть дорогу. На места механиков-водителей танков садились офицеры - больше некому было вести боевые машины, шли в колонне наравне с солдатами.
   Возникали совершенно неожиданные проблемы. Начали получать со складов КЭЧ печки-"буржуйки" для армейских палаток. Оказалось, что вытяжных труб к ним нет - не завезли или разворовали, не суть важно. Нашли выход из положения - сняли в Душанбе водосточные трубы: они как раз подходили по диаметру. Да, тоже недоработка в плане готовности к боевым действиям...
   Несколько слов о моральном духе солдат и офицеров, призванных из запаса. Говорить огульно, что они в массовом порядке отказывались от призыва, несения службы, не стоит. Патриотизм однозначно присутствовал. Люди на самом деле гордились тем, что "по боевой тревоге идут на помощь братскому народу". Никаких сомнений в правильности решения о вводе войск! Мы входили туда не как завоеватели или революционеры - и солдаты это видели, а как "воины, оказывающие помощь братскому народу", "защищающие его от бандформирований". Это потом замполиты занимались с молодыми призывниками, разъясняя им, что такое Апрельская революции, и зачем наши войска введены в Афганистан. А с первым набором у нас таких проблем не было.
  
   Три дня проходила мобилизация, три дня на ногах, как выдерживали - до сих пор не могу понять. Наверное, за счет молодого организма, чувства ответственности... Вспоминается, что адъютант каждый день наливал мне в термос кофе, пантакрин, чуть-чуть коньячку. Двух водителей сажал в УАЗик: один за рулем, второй спит, потом меняются. А сам спал на ходу, пока добирался от одной точки к другой.
   Как правило, ездили двумя УАЗиками - комдив и я. Вижу, его машина останавливается, водитель сразу ставит термос - на капот, попьем горячего кофе и дальше...
   Люди буквально валились с ног от усталости, разгружая по три-четыре эшелона с техникой в день. Нечеловеческие нагрузки, но... приказ есть приказ!
   Как-то сидим на КП: начальник штаба, офицер - дежурный по связи и я. Ночь, тишина, ждем очередной эшелон, он должен прийти в два часа ночи. Начальник штаба дремлет, а тут звонок. Он снимает трубку:
   - Да, да, да...
   Потом говорит дежурному только одно слово:
   - Запиши... - и снова засыпает.
   Дежурный смотрит на меня с недоумением: что записать?
   Оказалось, что эшелон задерживается и на станцию придет позже. Когда об этом случае вспоминали - смеялись от души. Но тогда было не до смеха.

 
Категория: Проза | Просмотров: 229 | Добавил: NIKITA
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]