"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2015 » Ноябрь » 7 » Вторая командировка в Афганистан
04:29
Вторая командировка в Афганистан
Шеенков А. Г. Вторая командировка в Афганистан
 
 


      К концу 1987 года было окончательно решено вывести наши войска из Афганистана. На заседании Военного совета армии командующий поставил перед командирами всех степеней основную задачу: потери боевые, а тем более не боевые - в войсках 40-й армии должны быть резко сокращены. Он потребовал от офицеров сделать все, чтобы исключить гибель солдат и сержантов. За каждого погибшего в бою, при обстреле аэродромов, гарнизонов, застав или при любых других обстоятельствах командир должен нести серьезную ответственность.
      В соответствии с указаниями командарма боевая активность частей и подразделений 40-й армии, а также количество операций в интересах правительственных войск постепенно должны были свестись к минимуму. Ответные или, в зависимости от ситуации, упреждающие боевые действия, командиры соединений и частей обязаны были проводить только для того, чтобы не допустить массовой гибели своих людей, более того - исключить такую угрозу. Лишь в том случае, когда обстановка диктовала необходимость нанесения мощного удара по противнику командир имел право принять такого рода решение.
     Не менее жестко было организовано управление боевой и транспортной авиацией. 40-я армия располагала мощными военно-воздушными силами. Мы почти полностью отказались от безоглядной помощи афганцам - представителям Вооруженных сил ДРА, руководству уездов и правительству страны.
     Опыт показал, что достигнутые результаты в ходе проводимых нами боевых действий афганцами не используются. Через полтора-два месяца после завершения операции все возвращалось на круги своя: противник опять занимал те районы, из которых советские войска некоторое время тому назад его вытеснили. Кроме того, противник оперативно восстанавливал прежние базы с оружием и боеприпасами и снова оказывался в непосредственной близости от наших объектов, возобновляя обстрелы, нападения на наши колонны и совершая террористические акты.
      Такая позиция командования 40-й армии удовлетворяла далеко не всех. Мы сразу же ощутили мощное давление, прежде всего, со стороны руководства Афганистана.
Обстановка в стране накануне вывода войск
     Военно-политическая обстановка в Афганистане все больше осложнялась. Чем слабее и уязвимее становились позиции государственной власти, тем давление на советское военное командование оказывалось сильнее. С каждой неделей требования официального Кабула все возрастали. Правительству Афганистана так и не удалось укрепить свою власть во многих провинциях. Среди них Кунар, Пактия, Бадахшан, Каписа. В 1987 году более 85 % территории страны, разделенной в административном порядке на 31 провинцию и один округ Хост, находилось под контролем моджахедов. Государственная власть теряла уезд за уездом, провинцию за провинцией.
      Особую озабоченность у афганского руководства и советского военного командования вызывала обстановка в провинции Пактия, а именно в округе Хост. Это было вызвано тем, что вооруженные отряды оппозиции практически завершили блокирование города. В Хосте сложилась критическая ситуация с продовольствием - население города голодало. Продукты питания доставлялись туда преимущественно самолетами. Транспортная авиация отправлялась в Хост, как правило, в ночное время суток.
     После вывода из Хоста гарнизона советских войск сложилась реальная угроза потери города, да и всего округа. Положение осложнялось тем, что сам округ Хост находился в двойной изоляции. Первое кольцо состояло из вооруженных формирований оппозиции, а второе проходило по горной гряде перевала Сатыкандав, высота которого достигала трех тысяч метров.
     Потеря кабульским правительством Хоста явилась бы важным приобретением для оппозиции. Поэтому к решающему удару моджахеды готовились основательно. Воспользовавшись отсутствием советских войск в этом районе, душманы восстановили одну из самых крупных своих перевалочных баз, "Джавара", что в переводе означает "Волчья яма", которую наши войска разгромили еще весной 1986 года.
Операция "Магистраль"
     После многократных настойчивых просьб афганского руководства командование 40-й армии начало планировать крупную совместную войсковую операцию афганских и советских войск. Вот как описывает в своей книге "Ограниченный контингент" генерал-полковник Громов Борис Всеволодович подготовку и проведение операции "Магистраль": "Основной целью операции являлся прорыв блокады для обеспечения населения Хоста в первую очередь продовольствием, а также другими видами материальных средств - горючим, медикаментами и т. д. Предварительно нами был проведен глубокий и подробный анализ ситуации, сложившейся вокруг Хоста. Там побывали офицеры и генералы Оперативной группы Министерства обороны СССР и 40-й армии.
     Группировка оппозиции в этом районе состояла в основном из военизированной части племени Джадран. Это очень гордые люди, которые в своей истории не подчинялись вообще никакому правительству и действовали так, как считали нужным. Общее руководство формированиями моджахедов осуществлял Джелалуддин, выходец из этого племени.
     Начать операцию было решено в ноябре 1987 года. Одновременно с планированием и подготовкой боевых действий командование 40-й армии предпринимало одну попытку за другой, для того чтобы добиться деблокирования Хоста мирным путем. Переговоры пришлось вести в том числе и мне, как командующему армией и руководителю предстоящих боевых действий. Несмотря на то, что вместе с несколькими офицерами я лично поднимался на перевал, который служил разграничительной линией между владениями племени Джадран и всей остальной территорией Афганистана, для того, чтобы встретиться с Джелалулдином и провести с ним переговоры, но все наши усилия оказались тщетными. От прямых контактов с нами он всячески уклонялся. Наше общение с ним ограничилось несколькими письмами. Тем не менее, мы не прекращали попыток добиться мирного решения проблемы.
     Самым важным вопросом в ходе подготовки операции я считал сведение к минимуму возможных потерь со стороны 40-й армии. Очень много времени было отведено тщательному изучению местности, на которой предстояло действовать войскам. Мы организовали взаимодействия советских и афганских войск, артиллерии и авиации. Были определены районы и сроки сосредоточения задействованных сил и средств.
     40-я армия участвовала в операции силами 108-й и 201-й мотострелковых дивизий, 103-й воздушно-десантной дивизии, 56-й отдельной десантно-штурмовой бригады, 345-го отдельного парашютно-десантного полка, а также других частей и подразделений. Со стороны вооруженных сил Афганистана были привлечены силы и средства 8-й, 11-й, 12-й, 14-й и 25-й пехотных дивизий, 15-й танковой бригады и нескольких подразделений специального назначения. Кроме того, в операции участвовало более десяти батальонов Царандоя и госбезопасности.
     Даже на завершающем этапе подготовки к боевым действиям мы все-таки надеялись, что в результате переговоров и с Джелалулдином, и со старейшинами племени нам удастся прийти к соглашению о беспрепятственном прохождении колонн с мирным грузом в осажденный Хост.
     Замысел операции предусматривал: в случае безрезультатного завершения переговоров с племенем Джадран ударами авиации блокировать караванные маршруты, по которым оппозиция осуществляла подвоз оружия и боеприпасов, и тем самым изолировать район предстоящих боевых действий от подхода резервов.
     Захватом перевала Сатыкандав, который был расположен на высоте трех тысяч метров, мы планировали обеспечить беспрепятственное выдвижение своих войск и блокирование дороги Гардез-Хост.
    На следующем этапе операции, удерживая под своим контролем автомобильную трассу, боевые подразделения должны были прикрывать прохождение колонн с запасом материальных средств в Хост и обеспечивать их возвращение в обратном направлении.
     В дальнейшем после создания в гарнизоне Хоста необходимых запасов продовольствия, медикаментов и горючего войска, которые располагались вдоль дороги, предполагалось вывести из округа в район Гардеза.
    К исходу 22 ноября части и подразделения были полностью готовы к проведению операции, которая получила условное название "Магистраль". В районе Гардеза и Хоста были созданы оперативные группировки советских и афганских войск. Артиллерия заняла основные огневые позиции. Я подобрал место для командного пункта с таким расчетом, чтобы видеть все происходящее в районе боевых действий и влиять на развитие ситуации.
    Поскольку договориться с оппозицией о беспрепятственном проводе колонн нам не удалось, 23 ноября, как и было запланировано, мы начали боевые действия. К сожалению, для племени Джадран, первыми же ударами авиации нам удалось, как мы и предполагали, блокировать район проведения операции.
     Конечно же, душманы понимали, что наши действия продиктованы необходимостью ликвидировать угрозу голодной смерти нескольких тысяч жителей Хоста. Тем не менее, они оказывали серьезное сопротивление советским и правительственным войскам.
     В течение первой недели войска 40-й армии методично воздействовали на противника медленно, но верно продвигаясь к перевалу Сатыкандав, стремясь овладеть им. Одновременно с этим мы каждый день отправляли через специальных сотрудников службы безопасности наши предложения о мирном решении вопроса. Даже в разгар боевых действий, встретив ожесточенное сопротивление, мы не стремились нанести большие потери оппозиции. Командование армии располагало достоверными данными воздушной и агентурной разведки о местах расположения группировок противника. Тем не менее, мы, как ни странно это звучит, пытались нанести противнику минимальные потери; при этом предпринимали необходимые усилия для того, чтобы просто вытеснить его с перевала.
     К исходу 29 ноября, после шести дней боевых действий, передовые части овладели перевалом Сатыкандав. Основная заслуга в этом принадлежит личному составу 103-й воздушно-десантной дивизии, которой в то время командовал генерал-майор Павел Сергеевич Грачев. Он лично руководил действиями своих подчиненных и сумел захватить перевал, понеся при этом минимальные потери.
    После этого командование 40-й армии предприняло еще одну попытку без кровопролития деблокировать Хост. 30 ноября через сотрудников госбезопасности Афганистана начались очередные переговоры с Джелалуддином и другими лидерами воюющего племени. Понимая важность происходящих событий, от афганского правительства из Кабула прилетел представитель президента страны министр по делам племен и народностей Сулейман Лаек. От имени президента и проходившей в то время в Кабуле Лоя джирги он еще раз обратился к лидерам племени Джадран с предложением не препятствовать продвижению колонн с мирным грузом.
     Для ведения переговоров нам пришлось практически на две недели приостановить боевые действия. Этого времени вполне хватило для проведения необходимых встреч, переговоров, а также взаимных упреков, обвинений, ультиматумов и прочих мероприятий, которые, на наш взгляд, должны были привести к положительному результату.
     Командование 40-й армии в эти дни тоже не бездействовало. Отдавая себе отчет в том, что надежды на мирное решение проблемы весьма призрачны, мы подготовили операцию с использованием специальных возможностей. Стремясь оказать максимальное воздействие на ситуацию вокруг лидеров племени Джадран, командование армии приняло решение ввести противника в заблуждение относительно реального положения дел в районе боевых действий.
     Через агентуру военной разведки мы посредством доверенных лиц передали в Пакистан информацию о том, что Джелалуддин все больше склоняется к решению согласиться с предложениями советского военного командования и сложить оружие. Руководство "альянса семи" как бы случайно узнало о том, что Джелалуддин обсуждает со своими помощниками маршруты вывода подчиненных ему формирований из района боевых действий. В надежде на то, что Джелалуддин будет ликвидирован своим руководством, мы даже указали сроки отхода отрядов оппозиции.
     Через полторы недели после начала этой операции Джелалуддин исчез из района боевых действий. Он вновь появился в Хосте лишь в конце января, когда операция "Магистраль" была нами полностью завершена. Позже нам стало известно, что в Пакистане к данной информации отнеслись с сомнением. Тем не менее, Джелалуддина решили все-таки проверить. Он был отозван в Пакистан и уехал туда, оставив вооруженные формирования, находившиеся в зоне боевых действий на своего заместителя. По нашим данным, Джелалуддина долго допрашивали, проверяя и перепроверяя каждое его слово на лояльность.
     Благодаря успешно проведенной оперативной комбинации, нам удалось отстранить непримиримого полевого командира от руководства противостоящей группировки противника. Ожесточенное сопротивление мятежников продолжалось после этого не более двух недель. Однако мы не смогли добиться самого главного - деблокирования Хоста мирными средствами. Под усиленным давлением лидеров "альянса семи", штаб-квартира которых находилась в Пешаваре, руководство племени Джадран отказалось пропустить наши колонны в Хост.
     Для спасения населения города и округа Хост от голодной смерти Лоя джирга уполномочила президента Наджибуллу отдать приказ частям афганских вооруженных сил на продолжение операции.
     Я специально подчеркиваю, что приказ был отдан афганским войскам, потому что именно на их плечах и на их оружии лежала основная тяжесть этой операции. Части 40-й армии, как правило, действовали в интересах обеспечения операции.
     16 декабря войска были вынуждены продолжить боевые действия. К этому времени дорога от Гардеза до перевала Сатыкандав полностью находилась в наших руках. Командный пункт я переместил ближе к району проведения операции и развернул его непосредственно на перевале, который тоже находился под нашим контролем. Думаю, не многим приходилось руководить боевыми действиями с высоты три тысячи метров над уровнем моря.
     В районе Хоста мы высадили десант в составе одного советского батальона и бригады афганских коммандос. Это позволило создать весьма благоприятные условия для стремительного продвижения навстречу друг другу.
    Части, действовавшие в направлении Гардез-Хост, последовательно захватывали господствующие высоты вдоль дороги и брали автомобильную трассу под охрану.
     Военизированная часть племени Джадран продолжала сопротивление. Душманы вели прицельный огонь по артиллерийским позициям советских войск и по командному пункту.
     В ходе боев нами был сначала блокирован, а потом и уничтожен базовый район под названием Срана, который находился чуть южнее перевала Сатыкандав и ближе к Хосту.
    Ликвидация этого крупного базового района сыграла решающую роль в окончательном разгроме сопротивлявшихся отрядов вооруженной оппозиции и взятии советскими войсками под свою охрану магистрали Гардез - Хост. После того, как полевые командиры поняли, что исход боевых действий предрешен, они изменили свои планы. Вместо концентрации сил и средств и дополнительного подвоза оружия, боеприпасов и снаряжения они начали принимать активные меры для сохранения тех запасов, которые уже находились в округе Хост.
    Командование 40-й армии отчетливо сознавало, что в ходе проведения операции "Магистраль" ключевыми задачами для нас являются овладение перевалом Сатыкандав и уничтожение базового района Срана. С реализацией этих задач мы практически преодолели все препятствия, которые находились на нашем пути, и вплотную подошли к конечной цели данной операции.
    30 декабря, за сутки до начала нового, 1988 года, мы, полностью очистив дорогу от мин, фугасов и завалов, пустили по ней первые машины с продовольствием."
Начало второй командировки в качестве первого заместителя командующего армией
     В декабре 1987 г. я был назначен первым заместителем командующего 40-й армии. Прибыв в Кабул, экипировался и на следующий день вылетел на командный пункт армии.
     Прибыв на КП армии, представился командующему и руководству, в том числе и афганскому. Среди афганских генералов и офицеров было много знакомых еще по первой командировке. Начальник Генерального штаба Вооруженных Сил Афганистана генерал-лейтенант Асеф Делавар во время моей советнической работы был командиром дивизии, мои бывшие подсоветные Наби Азими был уже генералом армии, первым заместителем Министра обороны; Фарук - генерал-лейтенантом, начальником артиллерии Вооруженных Сил Афганистана.
     Начальник оперативного отдела штаба армии ввел меня в обстановку. Активная фаза операции была завершена, и начался провод колонн с запасами материальных средств. Ежедневно из Гардеза в Хост уходили две-три колонны, и к 19 января 1988 г. последняя колонна уже порожняком вернулась из Хоста.
     Все это время части и подразделения армии стояли в охранении вдоль трассы, успешно отражая регулярные попытки моджахедов прорвать боевое охранение, выйти к трассе и сорвать перевозки.
     10 января на КП армии доставили Грамоту Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза командиру 345-го отдельного парашютно-десантного полка подполковнику Востротину Валерию Александровичу, солдаты и офицеры которого блестяще показали себя при уничтожении базового района Срана. Мы втроем - командующий армии генерал-лейтенант Громов Б.В., член Военного Совета армии генерал-майор Захаров А.И. и я - выехали на командный пункт полка, где вручили Грамоту Валерию Александровичу и поздравили его с высокой государственной наградой. Подполковник Востротин В.А. во время первой командировки получил тяжелое ранение, но, благодаря усилиям медиков, не только встал на ноги, но и повторно вернулся в боевой строй.
     С 20 января 1988 г. меня оставили руководить выводом соединений и частей из боя.
     По результатам операции "Магистраль" многие генералы, офицеры, прапорщики, сержанты и солдаты были награждены орденами и медалями, а генералу армии Варенникову Валентину Ивановичу, генерал-лейтенанту Громову Борису Всеволодовичу, младшему сержанту Исламову Юрию Вериковичу (посмертно) и рядовому Игольченко Сергею Викторовичу было присвоено звание Героя Советского Союза.
     В ходе операции части 40-й армии захватили более ста складов, уничтожили свыше 40 караванов с оружием, боеприпасами и другими материальными средствами, захватили четыре танка и девять бронетранспортеров. Водители автобатальонов армии перевезли в г. Хост около 30 тысяч тонн различных грузов.
Выполнение задач в провинциях Кандагар, Лошкаргах, Гильменд
     С объявлением политики национального примирения мятежники предприняли энергичные усилия по "размыванию" существующего в стране режима, категорически отвергая предложенные им условия для примирения. Кроме того, они активизировали свою деятельность, в том числе обстрелы, нападения на колонны и населенные пункты, активно проводили террористические и диверсионные акты.
     В Кандагаре с помощью Советского Союза были построены две мощные текстильные фабрики шерстяных и хлопчатобумажных тканей с современным оборудованием. Для их запуска была необходима электроэнергия. Пуск в строй фабрик являлся огромным вкладом в развитие экономики Афганистана. Но оппозиция не могла смириться с тем, что с помощью Советского Союза может произойти оживление экономики, и как итог, улучшение жизни населения данного региона страны. Они делали все, чтобы сорвать эти работы. Ночами в разных местах злоумышленники подрывали огромные железобетонные основания металлических опор линии электропередач, которые тянулись от гидроэлектростанции Каджаки.
     Справка: длина плотины ГЭС составляла 270 метров, высота - 100 метров, мощность плотины - 50 мегаватт. Гидроэлектростанция снабжала электроэнергией Кандагар и Лошкаргах. Построена в верховьях реки Гильменд в нескольких километрах от большого волостного кишлака Мусакала.
     Эта волость и вся провинция Гильменд была одной из самых знаменитых по выращиванию мака для производства опиума. Площадь посадок опиумного мака составляла свыше 100 тысяч гектаров. Королем наркотиков был Мухаммад Насим - один из главарей бандформирования мятежников, которая контролировала всю волость. Его вооруженное формирование насчитывало около 1400 человек, 19 отрядов и групп, 4 ПЗРК, 30 ДШК, 11 РПГ и другое вооружение. Кроме него в данном районе действовало бандформирование во главе с Абдурахманом: 960 человек, 18 отрядов и групп, 3 ЗГУ, 5 БО, 31 ДШК, 57 РПГ.
     С целью организации безопасной работы советских и афганских специалистов по восстановлению линий электропередач и обеспечению электроснабжением Кандагара и Лошкаргаха, разгрома основных сил бандформирований и предотвращения вывоза наркотических веществ были спланированы и организованы совместные боевые действия в провинции Гильменд с привлечением сил и средств 5 мсд, 22 обр СН, ВВС 40-й армии, 7 пд, батальонов Царандоя и МГБ республики Афганистан. Руководителем был назначен первый заместитель командующего армией генерал-майор Пищев Николай Павлович.
     В связи с тем, что в самом начале боевых действий генерал Пищев неожиданно заболел, командующий направил меня для руководства операцией. Ночью на двух вертолетах я вылетел из Кабула в район Мусакала. Площадку для посадки вертолетов освещали подручными средствами, используя гильзы от снарядов 122 мм гаубиц, заполненных ветошью и соляркой. В течение десяти минут Николай Павлович ввел меня в курс дела и вылетел в Кабул. Так начались мои первые самостоятельные боевые действия.
     Активных боевых действий мы не вели, а, заблокировав основные пути выхода и входа в район, огнем артиллерии и ударами авиации наносили противнику огневое поражение. Активные действия вели подразделения 22 бр СН, которые, используя весь спектр разведывательно-поисковой деятельности во взаимодействии с авиацией, местными структурами Царандоя и МГБ добывали точные данные о местонахождении отрядов и групп мятежников, засадами и налетами наносили поражение караванам, вывозящим за пределы региона наркотики и ввозящим оружие, боеприпасы и другие материальные средства.
     Большую пользу в решение стоящих перед нами задач приносила работа с местным населением.
     Для восстановления линии электропередач транспортными самолетами Ил-76 доставлялись в Кандагар из Алма-Аты металлические опоры и медный провод.
     Мы принимали необходимые меры для того, чтобы избежать потерь не только с нашей стороны, но и как можно меньше нанести ущерба противнику. Ведь предстоял вывод войск из Афганистана, и нам приходилось заранее заботиться о том, чтобы не спровоцировать противника на обстрелы и террористические акты против наших маршевых колонн, которые были наиболее уязвимы в походных порядках. В данном районе особенно свирепствовала банда муллы Насима, мятежники которой уклонялись от любых переговоров с нами. Все наши усилия войти с ними в контакт и склонить их мирному диалогу успехом не увенчались.
     Вместе с тем, избранный нами метод ведения боевых действий давал результаты. Вся местность вдоль линии электропередач была очищена от мятежников и заблокирована, что обеспечивало безопасную работу специалистов по восстановлению линии электропередач. Была проведена масштабная работа наших воинов, которые трудились совместно с афганскими специалистами. В конце концов, вскоре, мятежники выбросили белый флаг и мы с генералом армии Варенниковым Валентином Ивановичем вошли в волостной центр Мусакала.
Подготовка к выводу войск из страны
     14 апреля 1988 года министры иностранных дел Афганистана, Пакистана, Советского Союза и Соединенных Штатов подписали в Женеве пять документов по политическому урегулированию положения вокруг Афганистана. Согласно Женевским соглашениям, который вступал в силу через месяц после его подписания, Ограниченный контингент советских войск должен был покинуть территорию Афганистана через девять месяцев.
     7 апреля 1988 года министр обороны СССР издал директиву, в которой были определены порядок вывода войск и обеспечение их безопасности на марше. Эта директива была полностью подготовлена на основании предложений командования 40-й армии и предусматривала начало вывода соединений и частей армии 15 мая 1988 года. Завершить вывод войск предусматривалось пересечением Государственной границы СССР 15 февраля 1989 года.
     Для вывода войск использовались те же маршруты, которыми соединения и части 40-й армии входили в Афганистан в 1979 году. На западе: Кандагар - Шинданд - Кушка. На востоке: объединявшиеся в Кабуле маршруты из Газни, Гардеза и Джелалабада. Далее войскам на этом направлении предстояло преодолеть перевал Саланг, выйти в район Пули-Хумри и завершить марш в Термезе.
     К моменту подписания Женевских договоренностей численность советских войск в Афганистане составляла 102,3 тыс. человек. На первом этапе соединения и части должны были выводиться из гарнизонов Джелалабад, Гардез, Газни, Кандагар, Лашкаргах, Герат, Файзабад, Шинданд, а некоторые части - обеспечения и обслуживания - из Кабула. Советские войска выводились на территорию СССР на западе через н.п. Кушка, на востоке - н.п. Термез. При этом строго соблюдались поэтапность и последовательность вывода соединений и частей. Вместе с тем, в силу ряда причин график очередности вывода войск приходилось иногда несколько корректировать.
     Для руководства выводом войск были созданы две оперативные группы: на западе - во главе с первым заместителем командующего армией генерал-майором Пищевым Николаем Павловичем, а на востоке возглавить оперативную группу было поручено мне, первому заместителю командующего армией генерал-майору Шеенкову А.Г.
     С территории Афганистана мы уходили в условиях серьезного обострения внутриполитической обстановки. Оппозиция активно готовилась к выводу советских войск. Руководители вооруженной оппозиции предсказывали, что как только последний советский солдат покинет территорию страны, кабульское правительство продержится считанные недели.
     Командование армии отчетливо представляло всю тяжесть и сложность вывода войск, особенно на последних этапах. Была проведена большая работа по подготовке к этому мероприятию. Для обеспечения максимальной безопасности войск были приняты беспрецедентные меры по организации боевого охранения колонн на марше. Предусмотренные меры практически исключали внезапное нападение противника на колонны наших войск. На случай отдельных попыток воспрепятствовать продвижению наших колонн в направлении границы, были спланированы мощные воздушные и огневые удары.
     Оперативные мероприятия со стороны армии носили преимущественно упреждающий характер. Мы активно проводили разведку, постоянно следили за передвижениями вооруженных формирований противника и были в достаточной степени осведомлены о планах противодействия отдельных отрядов оппозиции выводу советских войск. Под жесткий контроль были взяты возможные районы скопления мятежников и вероятные места их выхода к основным маршрутам движения воинских частей.
     Была значительно усилена охрана дорог. Все использовавшиеся войсками коммуникации, помимо стационарных сторожевых застав и сил боевого охранения, выделенных от этих застав, были основательно заблокированы силами и средствами 108-й мотострелковой и 103-й воздушно-десантной дивизий.
     В случае необходимости воздушные и огневые средства 40-й армии находились в готовности нанести упреждающий или ответный удар в любом районе Афганистана.
     Мы тщательно спланировали действия авиации и артиллерии в зонах повышенной опасности. Места ночного отдыха подразделений и прилегающая к ним территория постоянно подсвечивалась авиацией. Это исключало возможность внезапного нападения противника.
     Большой интерес к выводу войск проявили известные во всем мире информационные агентства.
     В восьмидесятых годах положение в Афганистане волновало очень многих. Общественность интересовали, прежде всего, практические действия советского военного командования в Афганистане.
     Вывод войск освещали более двухсот корреспондентов из Австралии, Италии, Испании, Великобритании, Канады, США, Швеции, Японии, ФРГ и других стран. Вместе с ними работала небольшая, чуть больше десяти человек, группа советских журналистов Гостелерадио, АПН и ТАСС. Они сопровождали наши войска во время движения до Кабула и далее на север. Кстати, очень многие репортеры пытались оказаться в составе колонн и совершить марш вместе с нашими военнослужащими. Как правило, мы отказывали в этом, потому что в любой момент полк или батальон мог подвергнуться внезапному нападению противника. Исключение было сделано только для нескольких наших соотечественников. Остальных мы перебрасывали на самолетах в район Хайратона и Термеза, где они освещали пересечение войсками государственной границы. Журналистам мы практически впервые предоставили полную свободу действий. Это они неоднократно отмечали своих публикациях, подчеркивая, что им предоставлены исключительные возможности для правдивого изложения событий, происходящих в это время в Афганистане.
     14 мая 1988 года в Кабуле командующий впервые провел пресс-конференцию для советских и иностранных журналистов. Она вызвала, на мой взгляд, значительный интерес. И в первую очередь потому, что у журналистов наконец-то появилась возможность задать все интересующие их вопросы напрямую командованию 40-й армии. Затрагивались многие темы - начиная от количества наших потерь в Афганистане и заканчивая перспективами политического урегулирования положения в этой стране. Конечно же, были и "неудобные" вопросы. После пресс-конференции стало ясно, что ответы командующего удовлетворили журналистов. Ни тогда, ни, тем более, сейчас, нам нет необходимости скрывать то, чем советские войска занимались в Афганистане.
Начальный этап вывода войск. Джелалабад.
     Перед выводом первых соединений и частей решением командующего армией был определен подготовительный период апрель - первая половина мая. Подготовку начали с Джелалабадского гарнизона, где дислоцировались 15 бригада специального наззначения (15 бр СН), 66 отдельная мотострелковая бригада (66 омсбр), вертолетный полк и батальон охраны аэродрома.
     По прибытии в Джелалабад работу начал с планирования и подготовки к выводу войск из Асадабада батальона 66 омсбр, и батальона 15 бр СН, а также 9 пд Вооруженных сил ДРА. Для руководства выводом было создано совместное командование, в которое вошли оперативная группа 40а, командир 1 АК с советниками и группа управления 66 омсбр.
     За сутки до вывода подразделений 66 омсбр был сблокирован маршрут от Джелалабада. Командный пункт, оборудованный в инженерном отношении, разместили в районе населенного пункта Цоукан.
     На следующий день блокирование дороги приостановилось. Примерно не доходя до Асадабада километров двенадцать, батальон, выставляющий блоки, был обстрелян. Это место было самым близким от границы с Пакистаном. Одновременно с обстрелом был взорван мост через реку Кунар. С целью инженерной разведки разрушенного моста и принятия решения по его восстановлению выехал заместитель начальника инженерных войск армии полковник Еловик Николай Николаевич. По результатам было принято решение о сооружении нового моста двумя комплектами тяжелого механизированного моста (ТММ) с проведением подрывных работ для оборудования съезда и выезда.
     В этот же день организовали работы по восстановлению моста. На следующий день к месту работ доставили второй комплект ТММ. Одновременно в местах постоянной дислокации готовили 66 омсбр к выводу, а 9 пд - к передислокации.
     Был организован воздушный мост для эвакуации семей военнослужащих афганской армии с привлечением двух звеньев транспортных вертолетов.
     К моменту восстановления моста через реку Кунар я с командиром корпуса и его советником на афганском бронетранспортере решили выдвинуться к мосту. Мы втроем - сверху на броне. Внутри бронетранспортера находились водитель и радист - афганцы. Неожиданно до меня дошло, что радист ведет переговоры с каким то удаленным объектом. Хорошо, что во время первой командировки мы изучали фарси.
     Я ударил радиста по шлемофону, и передал через переводчика информацию командиру корпуса. Из услышанного я понял, что радист кому-то передавал данные о том, кто находится на бронетранспортере и пункт нашего назначения. Через некоторое время после прибытия к мосту нас накрыли огнем реактивных снарядов. Местные жители затащили нас в подземное укрытие, где мы и переждали огневой налет. Обстрел велся с территории Пакистана из-за перевала. Несмотря на все козни вооруженной оппозиции, через два дня вывод войск из Асадабада был завершен.
     В ходе подготовки к выводу войск из района Джелалабада на местном аэродроме пришлось оборудовать заглубленный железобетонный пункт управления для советников. Я назвал его "могильником". Дело в том, что решение о выводе советнического аппарата принято не было. Их оставляли в местах их постоянной деятельности. Заглубленный пункт управления оборудовали работники коммунально-эксплуатационного управления армии и военные строители. Оснащением средствами связи и всем необходимым для обеспечения жизнедеятельности занимались соответствующие службы армии.
     Кроме того, в это время создавались трехмесячные запасы материальных средств в ключевых районах Афганистана, в том числе, и в Джелалабаде.
     Для этого к нам прибыла специально созданная оперативная группа Генерального штаба ВС СССР во главе с генерал-лейтенантом А.Г. Гапоненко и генерал-майором В.А. Бологовым. Я их лично хорошо знал, и дело спорилось. В трехмесячные запасы было заложено десятки тысяч тонн различного имущества, продовольствия, боеприпасов и горючего.
     Мы выходили, а наши места занимала афганская армия, Царандой (милиция), подразделения безопасности (МГБ). Все было рассчитано. Вопросами тылового обеспечения занимался полковник Васенин Вячеслав Александрович - заместитель командующего армией по тылу. Военные городки передавались полностью благоустроенными. Даже постели застилали новым бельем. Кондиционеры, часы, телевизоры, холодильники - все передавали в рабочем состоянии. Сохранялась вся обстановка в кабинетах и комнатах отдыха, без перебоев работал водопровод и система сточных вод.
     В отличном состоянии представителям афганской армии были переданы техника и вооружение. За несколько дней до начала вывода бригад совместно с офицерами министерства обороны Афганистана боевые машины проверялись стрельбой и пробегом. Только после такой процедуры объединенной комиссией были подписаны акты о приеме и передаче имущества.
     Во время вывода мы не только передавали материальные средства, но и готовили из числа афганской армии специалистов, способных содержать принимаемые объекты в рабочем состоянии. В Джелалабадском гарнизоне их было подготовлено 65 человек (35 - для армии, 11 - для Царандоя, 19 - для МГБ).
     Вывод войск из Джелалабада мы осуществляли шестью колоннами в период с 15 мая по 27 мая 1988 года (15, 17, 20, 22, 25 и 27 мая). Всего выводилось свыше пяти тысяч человек. На проводы первой колонны из Джелалабада вышло около пятнадцати тысяч афганцев. Весь путь следования по городу проходил по людскому коридору. Большой интерес проявили к этому событию и известные зарубежные информационные агентства.
     Я с оперативной группой выходил с последней колонной 27 мая 1988 года. Уже тогда зародилась, так называемая "традиция возвращения". Во время привала у плотины Суроби я получил приказ вернуться и забрать наших военных советников и переводчиков. Пришлось дожидаться ночи. Советник командира 1 АК полковник Чернышов, а также один из офицеров штаба 40а с десантно-штурмовой ротой 66 омсбр возвратились на аэродром и эвакуировали советников. В последствии мне еще раз пришлось побывать в Джелалабаде для решения вопроса, связанного с восстановлением выведенной из строя техники, которую мы передали афганской стороне.
Миссия добрых услуг ООН
     В 1988 г. возникла необходимость проверки выполнения двустороннего афгано-пакистанского соглашения о невмешательстве. Эта задача была возложена на Миссию добрых услуг ООН в Афганистане и Пакистане. Численность военных наблюдателей была установлена по 25 человек в каждой стране, но в октябре 1988 г. она была снижена до 10 человек. В Афганистане деятельность Миссии добрых услуг распространялась фактически на наблюдение за выводом советских войск. Мне, в частности, тоже довелось принимать участие в работе этой Миссии.
     Наблюдатели в восточной части Афганистана находились во время вывода на посту в пограничном пункте Хайратон, посещали гарнизоны при выводе частей из Джелалабада, Файзабада, периодически присутствовали на аэродроме Кундуз. Мы стремились выполнять обязательства СССР со строгой пунктуальностью, оказывая всяческую помощь представителям ООН. Они лично подтверждали строгое и точное выполнение нами своих обязательств и информировали об этом руководство ООН. Об этом свидетельствовали представители контрольных органов ООН. Приведу в качестве примера заявление генерала Р.Хельминена.
     Представитель Генерального секретаря ООН уполномочен заявить следующее:
1. Комиссия наблюдателей ООН в Афганистане и Пакистане (УНГОМАП) в соответствии со своим мандатом, предусмотренным Женевскими соглашениями, наблюдала за выводом иностранных войск из Афганистана с 15 мая 1988 г., когда Женевские соглашения вступили в силу.
2. 14 мая 1988 г. УНГОМАП была проинформирована Военными представителями правительства СССР в Афганистане о том, что численность иностранных войск, находящихся в Афганистане, к данному моменту составляет 100 300 человек.
3. На 15 мая 1988 г. иностранные войска находились в 18 основных гарнизонах, расположенных в 17-ти из 30-ти провинций (в настоящий момент 31 провинция) Афганистана: Бадахшан, Баглан, Фарах, Газни, Гильменд, Герат, Кабул, Кандагар, Кунар, Кундуз, Логар, Нангархар, Пактия, Парван, Саманган, Тохар, Заболь.
4. С 15 мая по 7 августа 1988 г. следующие 10 основных гарнизонов, находившиеся под контролем иностранных войск, были эвакуированы и переданы ВС Афганистана: Бараки, Даулатабад, Файзабад, Гардез, Газни, Джелалабад, Кандагар, Кундуз, Лашкаргах и Руха.
5. После 15 августа 1988 г. 8 основных гарнизонов остались под контролем иностранных войск. Они расположены в следующих 5 провинциях: Баглан, Герат, Кабул, Парван и Саманган. Далее, в провинции Балх останется небольшое количество иностранных войск в районе Хайратона, который будет использоваться в качестве пограничного пункта для выводимых войск.
6. Группы военных офицеров УНГОМАП наблюдали за выводом иностранных войск в Баграме, Джелалабаде, Кабуле, Кандагаре, Кундузе и Шинданде, а также в пограничных городах Хайратоне и Турагунди, где УНГОМАП установила постоянные посты. Группа УНГОМАП также посетила Гардез после завершения эвакуации гарнизона.
7. Генеральный секретарь и его представитель удовлетворены тем, что вывод иностранных войск проходит в соответствии с Женевскими договоренностями. В этой связи они хотели бы выразить искреннюю признательность правительству РА, правительству СССР и их гражданским и военным представителям за помощь и содействие.
     Источник информации: информационный центр ООН,
г. Кабул. 16 августа 1988 г.
Вывод войск из районов Гардез и Газни
     В связи с выводом советских войск из Афганистана, правительством ДРА было принято решение о сосредоточении частей и подразделений Царандой и ХАД, сосредоточенных в различных гарнизонах и пунктах дислокации.
     Под это решение попала и погранбригада, которая дислоцировалась в н.п. Ургун. Вывод этой бригады был спланирован и проводился командиром армейского корпуса совместно с советническим аппаратом. Не обошлось и без боевых действий. Командный пункт командира корпуса был подвергнут обстрелу минометами и реактивными снарядами. Во время обстрела был ранен наш полковник - советник заместителя командира корпуса по технической части. Советником командира корпуса было принято решение отправить раненного на бронетранспортере в сопровождении двух подполковников, один из которых был медицинским работником. Расчет бронетранспортера состоял из водителя и наводчика пулеметов. Бронетранспортер продвигался к пункту назначения в составе общей колонны.
     В районе кишлака Дила колонна попала в крупную, заранее подготовленную засаду с участием иностранных наемников и корреспондентов. По словам очевидцев, возникла паника и управление колонной было нарушено. Выстрел из гранатомета, предназначавшийся бронетранспортеру, попал в ЗИЛ-130 с орудием, который в этот момент обгонял БТР. ЗИЛ загорелся и врезался в БТР, который тоже загорелся. Наличие корреспондентов в засаде подтверждается тем, что уже через 2-3 часа весь мир знал об этом из радиопередач "Голоса Америки" и "Би-би-си".
     В министерство обороны ДРА о боевых потерях сообщил командир корпуса. Тут же эта информация поступила Главному военному советнику и командующему 40-й армии генерал-лейтенанту Громову Б.В.
     В это время я находился в Гардезе в десантно-штурмовой бригаде, которую мы выводили после вывода полка из Газни. Уже более половины бригады тремя колоннами были отправлены в Кабул.
     В Москве в это время проходила 4-я партийная конференция. Министр обороны СССР доложил Генеральному секретарю ЦК КПСС М.С. Горбачеву, который тут же поделился горячей информацией с советскими и иностранными журналистами. Новость облетела весь мир, резонанс был сильнейшим по следующим причинам:
     Во-первых, трагедия произошла после того, как Советский Союз объявил о готовности полного вывода войск из ДРА. Во-вторых, решение Советского Союза было закреплено Женевским соглашением. И в третьих, основная часть войск уже была выведена из страны.
     Немаловажную роль во всей этой трагической истории сыграла одновременная потеря трех старших офицеров. Из Москвы поступила команда выяснить подлинную обстановку и, если возможно, спасти живых, оказать помощь раненым, эвакуировать тела погибших.
     Вариантов выхода в район, едва остывший от боя, было два - наземный и воздушный. От первого варианта пришлось сразу отказаться, так как сил и средств для блокирования маршрута выхода не хватало, да и времени для решения этой задачи уже практически не оставалось. Было принято решение воспользоваться вторым вариантом. Срочно стали готовить к десантированию группировки из оставшихся подразделений бригады. Решено было высадить десант посадочным методом в район Дила двумя волнами вертолетного полка. Для связи со штабом армии вертолетчики доставили связистов, которых оснастили коротковолновыми радиостанциями. Связь осуществляли открытым текстом.
     На следующий день по прибытии вертолетов погрузили десант с запасом боеприпасов и продуктов питания, рассчитанным на трое суток. Первым вертолетом я вылетел с группой управления. Приземлились на командном пункте афганского армейского корпуса, который переместился в район Дила. Установили связь, наметили площадки десантирования и приступили к приему десанта.
     На КП армейского корпуса мы заслушали доклад об обстановке в данном районе и приступили к планированию боевых действий. На КП были приглашены старейшины и представители органов власти.
     В жесткой форме, ультимативно, мы потребовали выдать советских военнослужащих, живых и тела убитых. Предупредили, что в случае отказа, мы сравняем кишлак с землей. По плану внешнее кольцо окружения кишлака и прилегающей местности, где проходил бой, было сформировано из частей и подразделений афганской армии, второе внутреннее кольцо было создано силами советского десанта. Начало боевых действий было назначено на пять часов утра. К 7.00 внешнее кольцо замкнули и внутрь пошли наши десантники. В 7.30 утра приземлился вертолет, который доставил на КП генерала армии Варенникова с фотографом и корреспондентом. После того, как десантники замкнули второе кольцо окружения, десантно-штурмовая рота на БТР начала выдвижение непосредственно к месту, где противник организовал засаду. Сопровождение и поддержку действий десантников осуществляла пара вертолетов путем барражирования над районом боевых действий.
     С выходом к цели обнаружили ужасную картину. Остов обгоревшего бронетранспортера и два почти полностью сгоревших трупа раненного полковника и водителя. Рядом с бронетранспортером лежали на спинах обгоревшие тела двух подполковников и наводчика пулемета. Головы всех троих были приколочены к земле остро отточенными деревянными колами, вбитыми через рот. Эта жуткая картина была запротоколирована и зафиксирована на фотопленке корреспондентами.
     В ходе зачистки кишлака, которая осуществлялась при содействии местных жителей, были взяты в плен 12 душманов, четверо из них были пакистанцами.
     К 12.00 задача была выполнена. Пленных и тела погибших первой волной отправили в Гардез. Я вылетел вторым рейсом. К 16.00 операция была завершена, и я доложил о результатах операции командующему армией. За успешное выполнение поставленной передо мной задачи я впоследствии был награжден орденом "Красного Знамени".
Ахмад Шах Масуд - достойный воин своей страны
     С началом вывода советских войск Ахмад Шах активизировал действия по усилению своего влияния, расширению контролируемой зоны, в основном за счет северных провинций Баглан, Тахар, Бадахшан, Кундуз, Саманган, склоняя на свою сторону главарей отрядов других исламских партий. В результате обострилась вооруженная борьба за зоны контроля между отрядами мятежников. Боевые столкновения между ними, охватив зеленые зоны Чарикара и Каписы, распространились на ущелье Горбанд. Используя нарастающий поток беженцев, возвращающихся в Панджшер из Кабула, мятежники развернули на коммуникации Кабул-Джабаль-Уссарадж открытый террор против панджшерцев. В частности, 7 августа в районе Лагмани ими было сожжено две автомашины, расстреляно 9 человек, возвращающихся в н.п. Хиндж.
     Ахмад Шах Масуд родился в 1953 г. в селе Джангалак Панджшерского ущелья в семье офицера вооруженных сил Афганистана. Судьбе было дано наделить этого незаурядного человека серьезными мужскими и человеческими достоинствами. Окончив среднюю школу в кабульском лицее "Истеклалл", поступил в Кабульский политехнический институт, который бросил, не окончив второй курс. После даудского переворота, который Масуд называл "коммунистическим", он примкнул к рядам борцов за веру и начал борьбу против режима Дауда. Назначая коммунистов на высокие должности в своем правительстве, Дауд начал преследовать мусульман. Тогда организация "Мусульманская молодежь" составила план свержения режима, однако план стал известен высшему руководству страны, что привело к задержанию некоторых активистов. Масуд был вынужден скрыться.
     В 1974 году была предпринята повторная попытка переворота. Масуд тогда одержал победу только в Панджшере, однако вскоре снова потерпел поражение. С 1974 по 1978 гг. находясь в Пакистане, Масуд продолжал борьбу против режима Дауда. В 1978 г. после коммунистического переворота опасения Масуда оправдались: коммунисты действительно пришли к власти, и Масуд возглавил вооруженное антикоммунистическое восстание. В 1979 г. в Афганистан была введена 40 армия, что послужило началом антисоветского сопротивления. Сражаясь против советских войск, Масуд в качестве своей базы выбрал Паджшер. Во время антисоветского сопротивления Масуд получил всемирную известность, его узнали как отважного и грамотного полководца. Масудом за период борьбы была основана теория партизанской войны. После падения режима Наджибуллы, с созданием первого исламского государства Афганистана в 1992 году Масуд стал министром обороны и в этой должности оставался практически десять лет.
     В качестве политического деятеля он всегда стремился к добрососедским и взаимовыгодным отношениям со всеми соседями Афганистана, был убежденным сторонником мирного решения разногласий и проблем с Пакистаном.
     По вероисповеданию Масуд был мусульманином, проповедником религии "Ханифи". С друзьями имел добрые отношения, однако, не мог забыть любое неуважение к себе. С людьми в общении был прост и открыт, но на людях предпочитал появляться редко; к противнику относился с уважением, пленных не убивал, но никогда не щадил предателей и шпионов. Был выдержан и терпелив. Нередко повторял восточную мудрость, в которой говорится, что если, мол, что-то случается, что вас выводит из себя, то постарайтесь успокоиться и потребовать от себя: "Я смогу терпеть и я должен терпеть". Таким образом, он считал, что можно тренировать выдержку и терпение, и вырабатывал эти качества в себе.
     В трудностях был терпелив и спокоен. Был отважен и уважал отважных, талантливых и инициативных людей. Неграмотность считал недостатком, всем советовал учиться; был любопытен, любил слушать эрудированных людей, не уставая, задавал интересующие его вопросы людям, которые были грамотнее его. Был мыслящим человеком, никогда ничего не принимал на веру, до тех пор, пока лично не убеждался в справедливости того или иного вопроса. Масуд был внимательным и отзывчивым человеком, не упускал мелочей, не любил суеверий и настороженно относился к людям, которые преувеличивали свою роль и роль тех событий, которые происходили вокруг них. Таких людей в ходе бесед с ними нередко ставил в неловкое положение.
     Он располагал к себе собеседника, в любом обществе сразу чувствовалось его присутствие, общаться при этом с ним было легко без всякого дискомфорта. Он не любил протокольные мероприятия, при общении ценил воспитанность в любом обществе, будь это городское или провинциальное, строго соблюдал правила поведения. Любил читать, всегда при себе имел книгу, часто забывал свои часы и другие вещи, но никогда - свою книгу. Любил физкультуру и сам был неплохим спортсменом, занимался боксом, тейквандо, футболом, волейболом и плаванием. Хотя очень любил плавать, стеснялся раздеваться в присутствии посторонних. Когда стеснялся, невольно улыбался и горизонтальные линии у него на лбу становились заметными. Свободно владел дари, пушту и французским языками.
     Обожал хорошую пищу, но ел умеренно. Из еды любил шурпу и шашлыки, из фруктов ел все, но особенно любил яблоки и груши. Предпочитал зеленый чай, он его называл мужским чаем. Одеваться предпочитал в светлых тонах, особенно в кремовых и светло-синих; всегда был чистым и опрятным, где бы не находился. Внешне был симпатичным: среднего роста, с густыми и слегка длинноватыми волосами, орлиным носом, костлявым лицом, белой кожей, мускулистым телом.
     В 1988 году Ахмад Шах Масуд женился на дочери своего ближайшего помощника Таджоддина. Супружеская жизнь Масуда увенчалась рождением шестерых детей - сына и пятерых дочерей.
     9 сентября 2001 г. на Масуда было совершено покушение: во время интервью террористы-смертники выдавали себя за журналистов, спрятав взрывчатку в видеокамеру. Ахмад Шах Масуд скончался от полученных ран на следующее утро.
Особенности вывода войск из Файзабада и Кундуза
     На завершающем первом этапе вывода войск предстояло осуществить передислокацию и вывод частей и соединений армии из северных провинций, так называемую группу войск "Памир". По просьбе президента Наджибуллы в график вывода были внесены некоторые изменения. Вместо Шинданта и Герата выводились войска из Файзабада и Кундуза.
     Файзабад - столица и крупный город провинции Бадахшан, расположенный на правом берегу реки Кокча на высоте 1000 м. Большинство населения составляли таджики и узбеки.
     В этой высокогорной провинции правительственная власть распространялась только на административный центр - г. Файзабад. Вся остальная территория была под контролем оппозиции. С начала вывода наших войск вооруженные формирования противника активизировали свои действия. Наиболее опасными считались районы Карамугуль, Бахарак, Каракорама, Кишим, где действовали крупные отряды мятежников. Оппозицию возглавлял Ассадуло Басир (в свое время он обучался в нашей военной академии им. Фрунзе). В его подчинении находилось примерно 1,5-2 тысячи человек. Он контролировал территорию от Файзабада до пакистанской границы, что составляло почти треть провинции Бадахшан.
     В районе крепости Бахарак действовал отряд мятежников, который возглавлял Дустум.
     Вдоль маршрута вывода наших войск, который проходил через населенные пункты Каракорама, Ишкошим, Фархор действовали наиболее крупные отряды мятежников. Более мелкие группы душманов, так называемые отряды самообороны, выполняли задачи охраны кишлаков и сельхозугодий.
     В Файзабаде дислоцировался 860 отдельный мотострелковый полк (860 омсп). Один батальон со средствами усиления располагался в 40 км в населенном пункте-крепости Бахарак и на заставе "Сарикульский мост".
     Планом предусматривался вывод 860 омсп в три этапа. Первый этап с 5 по 8 июня - разведка и разминирование маршрута, выставление блоков на участке от Файзабада до Кашима силами мотострелкового батальона и разведроты 860 омсп; на участке Кишим-Тулукан - силами 345 отдельного парашютно-десантного полка; на участке Тулукан-Ханабад-Кундуз - силами 149 мсп и отдельного разведывательного батальона (орб) 201 мсд.
     Второй этап с 9 по 28 июня - восстановление разрушенных участков дороги и пропуск колонн из Кундуза в Файзабад с горючим для 860 омсп, с различным имуществом и продовольствием для 24 пп афганской армии из расчета создания трехмесячных запасов.
     
Читать Далее>>
Категория: Проза | Просмотров: 709 | Добавил: NIKITA | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]