"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2015 » Июнь » 15 » Горы 80
08:18
Горы 80
 Горы-80
 

В феврале-марте 1980 г. была предпринята первая крупная операция по очистке от вооруженных мятежников приграничной афганской полосы в северной части Бадахшана («Горы-80») под руководством начальника штаба САПО полковника В.Н. Харичева. Подразделения Хорогского, Московского и Пянджского погранотрядов на 30-ти БТР и БМП под прикрытием 11 вертолетов Ми-8, во взаимодействии с высадившимся десантом провели чистку ряда районов и ликвидацию боевых групп А. Вахоба. В полосе глубиной до 10 км на протяжении более 150 км была освобождена от моджахедов вся кишлачная зона. С завершением операции в ряде населенных пунктов были выставлены новые гарнизоны пограничных войск.
    Ниже приведено описание некоторых событий данной операции:
    из "ПАМИРСКИЙ ВАРИАНТ", ВЕТЕРАН ГРАНИЦЫ, № 1-2, 1999, с. 69-76
    Полковник запаса Шевелев Виктор Михайлович родился в Смоленске в 1932 г. В 1952 г. поступил в Калининградское погранучилище. До 1962 г. - заместитель начальника заставы по политчасти Ленинаканского погранотряда. 1973-1976 гг. - начальник политотдела Отдельного Арктического погранотряда. С января 1977 г. -заместитель начальника политотдела КСАПО, заместитель по политчасти начальника ОВО в Душанбе. С января 1980 г. по апрель 1983 г. - заместитель начальника оперативной группы по руководству боевыми действиями погранвойск в Афганистане. 1983 - 1986 гг. - советник политкомиссара погранвойск Народной Республики Мозамбик. 1986 - 1987 гг. - старший инспектор политуправления погранвойск. 1987-1988 гг. - советник начальника политотдела Особой погранбригады в Хосте. В 1988 г. уволен в запас. Награжден орденами Красной Звезды и «За службу Родине в Вооруженных силах» 3-й степени, орденом ДРА «Красное Знамя», многими медалями.
    Километрах в двадцати от Нусая, вниз по течению р. Пяндж находился афганский кишлак. Кишлак Джорф. Здесь мне довелось впервые в жизни увидеть настоящий бой. Увидеть, как в каких-то пятидесяти метрах от тебя погибают люди, убедиться в страшных последствиях паники, увидеть слезы побежденных и зверства победителей.. Высадка нашего сводного отряда в Нусай вселила уверенность в действия погранкомиссара и командира роты. Они решили уничтожить банду, которая засела в Джорфе и терроризировала всю округу. Замысел предстоящей операции осуществлялся стремительно. Была создана довольно многочисленная группа ополченцев. Как для ополченцев, так и для роты сарбозов, нами было доставлено достаточное количество вооружения, боеприпасов, снаряжения. План учитывал то обстоятельство, что наш отряд полностью обеспечит безопасность Нусая. Рота солдат и ополченцы по нашей территории будут переброшены в район предстоящего боя и там переправлены через Пяндж в непосредственной близости от Джорфа. Нападение на банду произойдет в предрассветное время. Специально подобранные группы должны уничтожить боевое охранение и обеспечить внезапное нападение. Все необходимые сведения о противнике наши разведчики передали афганцам. Об инициативе афганской стороны было доложено в Москву. Оттуда приказано оказывать всяческую помощь, но в бой не ввязываться. Наши друзья рассчитывали на огневую поддержку, но приказ есть приказ. Их пришлось предупредить об этом. В ночь перед боем полковники Н.И. Кулаков, А.В. Фетисов и я на двух БТРах выехали к месту предстоящих событий. Такое патрулирование вдоль границы было обычным явлением и не могло вызвать каких-либо подозрений у душманов. Темнота, дорога предельно узкая. На одном из поворотов всегда уравновешенный Александр Васильевич Фетисов вдруг резко скомандовал водителю: «Тормози! Руль правее!» И потом уже спокойно: «Не торопись, сынок. Не волнуйся и на полковников внимания не обращай. Веди машину нормально». Когда мы прибыли на место и встали на боевую позицию у берега реки, Фетисов обратился ко мне: «А знаешь, ведь сейчас чуть не сорвались в. пропасть. Еще немного, и загудели бы вниз. А там метров сорок. Дурной поворот!» Не знали мы тогда, что через несколько недель этот «дурной поворот» принесет большое горе. А сегодня - тишина необыкновенная. Там, за рекой - Джорф. Ни огонька, ни звука, только Пяндж стремительно катит свои воды в гранитном желобе. Кощунственно нарушать этот удивительно чистый первозданный покой. Но проходит сорок минут. Мы знаем, что на том берегу боевые группы уже подошли к окраинам кишлака с двух сторон. Еще пятнадцать минут. Тихо. Уже должны быть ликвидированы охранение и пулеметный расчет на скале, нависшей над Джорфом. Солдаты и ополченцы должны уже войти в кишлак. И вот грохнул первый выстрел, резанула пулеметная очередь. Бой закипел в центре. Значит, все идет по плану, достигнуто основное - внезапность. Взошло солнце, и мы видим, как мелькают среди домов фигуры солдат. Надо развивать успех. Но что это? Многие ополченцы прячутся за дувалами, топчутся на месте. Решительные действия военных не находят поддержки. Душманы открыли ответный огонь. Упал один солдат, второй... И, быть может, солдаты добились бы победы. Но начали пятиться, а потом побежали ополченцы. Побежали, даже не пытаясь отстреливаться. Картина страшная. Обезумевшие от страха люди не давали себе отчета в собственных действиях. Они бежали, как табун диких животных, спасаясь от стаи хищников. Ужас, охвативший их, сделал свое жестокое дело: они были совершенно беззащитны. А хищники шли следом. Среди преследователей выделялся один в полосатом халате. Он помимо винтовки держал в руках какой-то половик. Останавливался, бросал на землю подстилку, ложился, и, не спеша прицеливаясь, стрелял. И кто-то из убегавших падал. Ах, как надо было бы сейчас прикрыть огнем отступающих! Из соседнего БТРа подбежал заместитель начальника заставы лейтенант Урванцев. Обращаясь сразу ко всем нам, спросил: «Разрешите, я из снайперской?» Молодец молодой офицер! Знали, что стрелок, кандидат в мастера спорта не подведет. Сказать: «Да, разрешаю!» - вроде бы значило нарушить приказ. Поэтому просто: «Давай!» Первым завалился тот, с подстилкой, затем выбежавший из-за дувала пулеметчик. Потом еще, еще... Звуки выстрелов снайпера сливались с грохотом боя. Ополченцы и отходившие солдаты были спасены. Об этом они даже не подозревали. Километрах в трех от Джорфа остановились. Перевязали раны. Кто-то утирал слезы обиды, жалости, страха. Долго шумели. Оглядываясь в нашу сторону, жестикулировали, что-то возбужденно говорили. Осуждали! Ведь огонь двух БТРов мог решить исход боя. Но... Общие потери в неудачном бою - пятнадцать человек. Трупы погибших еще долго лежали на берегу реки. И там же на следующий день душманы жестоко зарезали еще несколько жителей. Тех, кто чем-то помог наступавшим. Таков страшный финал этого первого боя у границы, свидетелями которого нам пришлось быть.
    Джорф памятен еще одной трагедией. Произошла она приблизительно через месяц. 13 февраля бой по уничтожению этого гнезда прошел успешно. Группа капитана Ивана Власенко на двух бронемашинах переправилась через Пяндж и, взаимодействуя с афганскими солдатами и ополченцами, разгромила мятежников. Остатки разбитой группы обратились в бегство. После выполнения задания пограничники вернулись на нашу сторону. Закончилась тяжелая боевая работа, опасность позади, постепенно исчезало напряжение боя. Через час, полтора можно будет привести себя в порядок, отдохнуть. Экипажи с десантом двигались по той самой дороге «с дурными поворотами». И вдруг один из БТРов начал сползать к краю пропасти, колеса зависли над пустотой, и бронированная громада с сидящими в ней людьми рухнула вниз. Онемевшие от неожиданности и ужаса очевидцы видели, как БТР, пролетев десяток метров, с грохотом ударился о выступ скалы, перевернулся и, подняв столб воды, камнем ушел в глубину. Все замерло, только шедший впереди БТР продолжал не торопясь двигаться по дороге. Через несколько секунд на поверхности воды показался человек. Течением его прибило к берегу. Это был водитель погибшей машины. Обезумевший от ужаса, не произнося ни слова, солдат плакал. Он, в состоянии нервного шока, молчал еще долго. Через несколько дней погибших, среди которых было и тело Ивана Ивановича Власенко, подняли водолазы. Капитан так и не увидел своего новорожденного сына. Так для нас, пограничников, началась эта продолжительная война, которая принесла боль потерь и горечь осознания того, что все жертвы, кровь, слезы, страдания были напрасны...
    На пограничной заставе "Нульванд" установлен памятник - башня БТРа с бортовым номером 110 и надпись "Вечная слава погибшим при выполнении специальных задач Родины".
 
Из воспоминаний участника операции, бойца заставы «Ванч» Хорогского погранотряда Хомяк В.Н.:
Я тоже был участник тех событий 13 февраля 80 года, возвращались из-за речки. Народу было много, и расположиться было негде, пошел на этот БТР, заглянул внутрь - все забито боекомплектом. Помню - командир был там, с ним рядом переводчик был и еще кто-то из солдат, мне места не оказалось. Поносов (кажись он) сидел на броне, пошел искать место дальше - забрался на Урал. Дорога узкая, заковыристая, уже темнело. Выехали. По дороге БТР обвалил край и ушел с обрыва в речку. Тот, кто сидел на броне - погиб на верху - через него перевернулся БТР. Остальные улетели в воду. БТР сразу утонул. Через некоторое время вынырнул водитель на БТР-овском колесе. Течение подхватило, доставали все, выстроившись в цепь. Вытащили с колесом - он был в шоке, отпоили водкой. БТР доставали потом без нас, через какое-то время возвращались - отдали почести салютом.
 
Категория: Проза | Просмотров: 762 | Добавил: NIKITA | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]