"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
1 2 3 ... 319 320 »
Взгляд сквозь годы
Лещинский Михаил Борисович ВОЙНА ЗАКОНЧИТСЯ В СРЕДУ

Да, да – все точно знали это, знали ещё за десять месяцев до той самой среды 15-го февраля 1989 года. А всё было просто: эта дата была обозначена в совместных советско-американских решениях по Афганистану. Согласно им в этот день последний наш солдат должен был покинуть сопредельную страну. И вот последний понедельник перед той самой средой… День – удивительно солнечный и тёплый даже для середины афганского февраля. В опустевшем посёлке АФСОТРа, почти на самом берегу Аму-Дарьи, нас не было и десятка… АФСОТР – это крупнейшее в прошлом советско-афганское акционерное транспортное общество. Посёлок – два десятка уютных финских домиков. Ну, а мы – корреспонденты Центрального телевидения в Афганистане - Борис Романенко и я, - журналист из Москвы Артём Боровик и военный водитель Серёжа, прикомандированный к нам вместе со своим УАЗиком на период вывода войск. В таком составе население приграничного посёлка сформировалось лишь накануне вечером, когда мы пришли в рубежный афганский город Хайратон вместе с последней колонной наших войск. Она, собственно, состояла тогда из полевого штаба генерала Громова и его боевого охранения. Это подразделение и должно было в среду обозначить полный вывод советских войск из Афганистана, хотя к тому времени все уже были на другом берегу. Последний месяц мы вынуждены были беспрерывно мотаться с выходящими войсками до границы, передавать из Термеза телерепортажи в Москву, а потом возвращаться обратно к движущимся колоннам, чтобы вновь с ними проделать этот путь. Конечно, время это было нелёгкое, как, впрочем, и все четыре года, проведённые мной на той войне. Представьте: с очередной частью мы пересекаем границу. Развёрнутые знамёна, марши, митинги, радость встречи с родными, счастье, что остались живы… Мы всё это снимаем, передаём в программу «Время», а сами – обратно через границу, туда, где ещё всё возможно, где идёт обстрел наших движущихся войск, взрываются фугасы на дорогах, огонь по арьегардам ведут не только душманы, но и те, кто вчера назывался советским другом… Всё это сильно било по нервам. Но и положительных эмоций было много. Мы хорошо представляли, как смотрит страна наши репортажи, с какой радостью узнают люди на экранах родные лица, день за днём следя за их движением к дому, к жизни. Множество солдатских семей собралось и в Термезе. Они сутками ждали своих ребят прямо у границы, не зная даже примерно, когда произойдёт встреча, и состоится ли она вообще именно здесь. Никто даже не подумал о том, чтобы сообщить людям какая часть, где и когда будет пересекать государственную границу. Для этих метущихся от солдата к солдату отцов и матерей мы оказались единственными информаторами и связующим звеном между теми, кто ещё шёл через обледеневшие горы, нёс службу на блок-постах вдоль дорог, мёрз на белёсой от высокогорного мороза броне. У меня до сих пор хранятся десятки клочков бумаги с наспех нацарапанными номерами частей, полевых почт, солдатскими именами: «Если встретите - передайте, что мы ждём в Термезе», - просили люди. И мы, действительно, нередко встречали случайно, находили специально, снимали нашей камерой тех, кого так ждали на Родине, на берегу той самой проклятой реки, что все ещё разделяла войну и мир. Итак, был тёплый, солнечный понедельник… Проводив накануне через границу предпоследнюю часть, мы провели с утра собственную генеральную подготовку к возвращению домой. На бельевых верёвках, оставленных между коттеджами их бывшими хозяйками, сушились уже наши тельняшки, подворотнички от камуфляжа и прочие тщательно выстиранные шмотки… Но впереди ещё были две ночи. И, судя по тому, что было вчера, спокойствия не предвиделось. С наступлением темноты на афганском берегу Аму-Дарьи начиналась вакханалия. От злобы на нас и страха перед моджахедами, которые уже подошли к городу, буква ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 36 | Добавил: NIKITA | Дата: 25 Окт 2021 | Комментарии (0)

Афганистан.Ру в гостях у горного стрелка
География Афганистана такова, что пока одни воины-интернационалисты изнывали от жары в его пустынях, другие утопали в снегах на его горных вершинах. И каждое такое поле боя не прощало ошибок, требовало серьезного отношения и специальной подготовки. 
Автор: Владимир ПРЯМИЦЫН

Так, для решения задач охраны и обороны важнейшей автодороги на самом высокогорном участке Гиндукуша – перевале Саланг – использовался горнострелковый батальон, входивший в состав 177-го мотострелкового полка.

Скептики скажут, что горнострелковый батальон – это обычный мотострелковый батальон, названный так потому, что решает задачу в условиях высокогорья. Однако, при детальном рассмотрении, эта позиция не выдерживает критики. Конечно, в целом это был такой же батальон, как и соседние мотострелковые, охранявшие участки дороги, примыкавшие к перевалу с севера и с юга. Но статус горнострелкового сообщал ему ряд определенных отличий: в снабжении специальным имуществом, в нормах питания, в организационно-штатной структуре. К примеру, если в мотострелковых ротах было по штату 110 военнослужащих, то в горнострелковой – 73 человека. Если в мотострелковом взводе в распоряжении командира был один снайпер, то во взводе горных стрелков снайпер был предусмотрен в каждом отделении.

Безусловно, главным отличием было высокогорье, в условиях которого горнострелкам приходилось жить, служить и воевать. Так, в районе перевала Саланг выносные посты некоторых сторожевых застав располагались на высоте более 4 тыс. м над уровнем моря. О том, как жилось, служилось и воевалось советским воинам на горных вершинах Гиндукуша, «Афганистан.Ру» расспросил горного стрелка – Павла Адольфовича Попова. С 1985 по 1986 год он лейтенантом воевал в Афганистане в качестве командира 3-го горнострелкового взвода 7-й горнострелковой роты 3-го горнострелкового батальона 177-го мотострелкового полка 108-й мотострелковой дивизии. Афганистан.Ру: Слышали ли Вы о Саланге до того, как оказались на перевале? Как отнеслись к такому назначению? П.П.: Нас, молоденьких выпускников различных училищ, которые изъявили желание проходить службу в Демократической Республике Афганистан (ДРА), командование решило отправить на переподготовку в учебный центр, который находился недалеко от города Геок-Тепе в Туркмении. Я попал в роту, которая проходила усиленную подготовку по программе горных стрелков. В один из выходных дней мы сидели в Ленинской комнате и смотрели телепередачу «Служу Советскому Союзу». Это была первая передача в СССР, в ко ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 39 | Добавил: NIKITA | Дата: 22 Окт 2021 | Комментарии (0)

Олейник Станислав Александрович
Те, о которых хотят забыть.
. .Вот уже почти семь месяцев подполковник Калинник Павел Александрович в этом удивительном, наполненном экзотикой и довольно частыми минометными и ракетными обстрелами, городе, название которому Кабул. До прибытия в Афганистан, Павел около года проходил специальную подготовку на Лубянке - центральном аппарате КГБ, и на специальной базе в подмосковных лесах В разное время, там проходили подготовку и другие сотрудники спецгруппы, заместителем руководителя которой он был. Спецгруппа имела прямое подчинение руководителю службы ВКР (внешней контрразведки) Кабульской резидентуры КГБ и, естественно, резиденту. Это мартовское утро, как и все предыдущие, было обыденным. И молитва муэдзина, падающая из ретрансляторов громкоговорителей на спящие еще кварталы города, призывающая правоверных свершению утреннего намаза, тоже была уже обыденной. По ней можно было даже проверять часы - она начиналась ровно в 5.00. Но мир устроен так, что человек к чему-то привыкает сразу, к чему-то с большим трудом, а к чему-то особенному, порой, вообще не может привыкнуть. И вот этим особенным, как это было ни странным, для Павла были горы.... Нависая тяжелой свинцовой тяжестью над Кабулом, они казались рядом. Протяни руку и дотронешься. Но это была лишь оптическая иллюзия. Горы были, все же, достаточно далеко. Вот и в это, праздничное утро, 1 мая 1985 года, Павел вышел на балкон, чтобы наблюдать, как эти мрачные, отливающие холодной синевой горы, превращаются во что-то, трудно объяснимое... Вбирая в себя лучи восходящего солнца, они словно преображались. Ослепительно белые, похожие на тюрбаны шапки никогда не тающих снегов, словно оживали и, зажигаясь, отражали всю эту живительную, полученную от щедрого небесного светила силу, просыпающемуся древнему городу. Сочетание солнечных лучей с этим неповторимым творением природы - покрытыми вечными снегами скалами и каменными выступами, создавало иллюзию какого-то многоцветного контрастного волшебства. Но Павел спешил. Он не мог до конца любоваться красотой, которая вот-вот должна померкнуть, а горы вновь превратятся в мрачных, давящих холодом монстров. Он спешил на доклад к резиденту с важной информацией, которую получил вчера вечером...

..Ежедневно, рано утром и поздно вечером, он проходил мимо одного и того же осветительного столба на автостоянке рядом с домом. Там Павел, проверял возможное появление специальной метки, которую мог оставить агент-связник, находящийся уже длительное время в Пакистане. Вот и вчера, в предпраздничный день 30 апреля 1985 года, он шел по автостоянке к свой "пятерке" и, как всегда, посмотрел на этот столб. Он не поверил своим глазам. На уровне одного метра от его основания, мелом была нанесена арабская цифра "три". С трудом сдерживая спокойствие, прошел мимо, поприветствовал кивком головы возящегося у своей "тойеты" соседа по подъезду Равиля - подполковника ВВС ДРА, и подошел к своей машине. Ошибки быть не могло. Там стояла метка, которую мог нанести только агент-связник "Сафар". Он уже длительное время находится в Пакистане, и работает там, в фирме, поставляющей мясные продукты воинским частям, дислоцированных в северо-западном округе Пакистана. Совладельцем этой фирмы, был тоже агент Павла, "Джек". Павел связался по рации со своим начальником Горчаковым, и сообщил, что вечером, в 18.00, ждет в гости. Эта, заранее обусловленная фраза означала, что по истечении двух часов после указанного им времени, у него состоится встреча с агентом, для которой нужно прикрытие. В 20.00, когда уже практически стемнело, Павел свернул в узкую улочку в районе центрального военного госпиталя ДРА. Сбавив скорость, он скорее почувствовал, чем услышал, как неслышно открылась и закрылась задняя дверца. В зеркало заднего вида увидел, как темная фигура скользнула по сидению, и замерла. Не повышая скорости, Павел проехал до конца ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 59 | Добавил: NIKITA | Дата: 19 Окт 2021 | Комментарии (0)

Составитель А. И. Поздняков
Антивоенный синдром или Преданная армия?

Смотрите, в грозной красоте
Воздушными полками
Их тени мчатся в высоте
Над нашими шатрами.
В. Жуковский. Певец во стане русских воинов


\
Небо по-зимнему было стылым и серым. Мела поземкаи И вдруг из осенних сумерек стали медленно выдвигаться с Ходын-ского поля офицерские батальоны, строй за строем. Они направлялись к путевому царскому дворцу, ставшему Военно-воздушной академией имени профессора H. Е. Жуковского. Ранняя стужа сковала той осенью все лужи по обочине дорог и вокруг ходынской «парадной площадки», где каждый год отбивают, чеканят, ровняют строй те, кто готовится к параду на Красной площади, на святом Кремлевском холме — главной высоте России. Метельным вечером шли усталые офицерские батальоны, шли со свернутыми знаменами, молчаливые и усталые. Я уже однажды видел такую колонну около своего дома на Пречистенке, то были офицеры из Военной академии имени М. В. Фрунзе — почти всех родов войск. Нескольких знакомых офицеров, «афганцев»-десантников, я тогда даже узнал. Теперь шла колонна одних летчиков с Ходынского поля, которое для авиаторов не только «парадная площадка», но прежде всего поле чести, колыбель воздухоплавания, мекка пилотов. И здесь нет преувеличения. Как завороженный, не шелохнувшись, пропускал перед собой офицерские батальоны. От них веяло молчаливой надежной силой, одухотворенной и древней. В их длиннополых одеяниях, в благородном покрое русской шинели, самой красивой на земле одежде, неуловимо напоминающей одеяния подвижников на фресках старого письма, в их старинном битвенном наряде, в серых шинелях с тусклым золотом на плечах, явилась вдруг тайна русской истории с ее суровым смирением и просветленным подвижничеством. Шли офицерские полки, прямые потомки дружинной среды, давшей «Слово о полку Игореве», этот высокий воинский плач, как и все эпические песни. То, что это шли авиаторы, представители рода войск, родившегося вместе с веком, небесные бойцы, усиливало неразрывность ратной отечественной традиции. Шла часть той силы, которая древнее христианства на Руси, старше славянской письменности, ступала армия — ровесница русской государственности, ее оплот, душа и надежда. Русь была языческой, и они дали Святослава. Россия станет христианской, и они тысячу лет будут поставлять из своих рядов офицеров- подвижников, святых воинов Александра Невского, сына его Даниила Московского, еще одного святого — Дмитрия Донского. Ни одна страна в мире не дала такого количества воинов, причисленных к лику святых, как Русская земля. Это поистине святое воинство, давшее князя Щеню и Михайлу Воротынского. Россия из московской стала императорской, и офицеры выдвинули князя Голицына, князя Шереметьева, князя Суворова, князя Потемкина и князя Кутузова — то была эпоха светлейших князей. Стала Россия атеистической и — дала величайшего полководца всех времен — Георгия Жукова. Вера сменилась безверием, с седой Перуновой поры все менялось — династии, религии, партии, уклады, общественные строи; только воинство держалось и спасало Русь. Офицеры — часть вечной России, той, что пребывает в веках. Потому все временное, жадное, глупое и нечистое не любит и боится этих просветленных офицерских колонн. Но более всех досталось именно этим, с синими околышами и с «птичкой» в петлице, этому цвету нации. Семьдесят лет их незаметно утюжили, нивелировали, принижали, а то и пускали в расход, стреляли на взлете. Но они выстояли. Помню, на Украине перед нами прошла с песнями целая авиационная часть. Шли и пели — одна офицерская колонна за другой. Это было волнующее шествие. Из подобных шествий когда-то рождались петровские канты. Но тогда, у «Жуковки», вид молчаливых, нечеканящих офицерских батальонов действовал почему-то сильней. Быть может, оттого, что через их усталость сквозила самая непобедимая на земле сила — русское боевое смирение. Метель, снег и — офицерские полки. Это видение уже было. Этот исход и крестный путь русского воинства в донских степях и на сибирских равнинах уже стал частью русской судьбы. Нет на земле ничего более возвышенного, жертвенного и скромного, чем батальоны русских офицеров. &he ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 39 | Добавил: NIKITA | Дата: 16 Окт 2021 | Комментарии (0)

Карелин Александр Петрович
"В гости к богу не бывает опозданий..."
Аннотация: Ему пришлось утверждать любовь к жизни каждодневным подвигом. А единственным лекарством от настоящей боли служило мужество...

"Мы успели: в гости к богу не бывает опозданий.

Так что ж там ангелы поют такими злыми голосами?!

Или это колокольчик весь зашёлся от рыданий,

Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани?!"

/Владимир Высоцкий "Кони привередливые"/

   Предисловие от автора
  
   ...Понимаю, что эти строки всё равно попадут на глаза матери, и потому прошу у неё прощения за то, что лишний раз разбережу ими неутихающую боль. Но этот рассказ необходим, Алевтина Львовна.
   Этот рассказ необходим для всех нас. Но особенно для тех, кому жизнелюбие представляется чем-то вполне естественным - как тяга травинки к солнцу, кому не пришлось утверждать любовь к жизни каждодневным подвигом, кому не довелось испытать настоящую боль и понять, что единственное лекарство от неё - мужество... Никому не желаю познать это столь дорогой ценой. Но... жизнь есть жизнь.
  
  
  

Часть первая. Год 1991

1

   Узнал я его по голосу. Могучему, заливистому. А ещё узнал по песне.
   Заглянул в зал, где шёл концерт, посвящённый второй годовщине вывода наших войск из Афганистана: нет, не ошибся - Денис Щербаков. Рослый, подвижный, круглое смуглое лицо, чёрные "чапаевские" усы. Когда пару лет назад впервые услышал его песню на пластинке "Время выбрало нас", немного другим его представлял... После двух своих творений Денис не преминул исполнить одну из песен любимого барда. Песни Высоцкого всегда занимали важное место в его жизни. "Они помогли мне выжить, - так он говорил".
  
   "Вдоль обрыва, по-над пропастью, по самому по краю
   Я коней своих нагайкою стегаю, погоняю...
   Что-то воздуху мне мало - ветер пью, туман глотаю...
   Чую с гибельным восторгом: пропадаю, пропадаю!
  
   Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
   Вы тугую не слушайте плеть!
   Но что-то кони мне попались привередливые -
   И дожить не успел, мне допеть не успеть".
  
   У него как в поэзии, так и в жизни грустное переплетается с весёлым, трагическое - с комическим. Вчера целый вечер, после случайной встречи, беседовали, он пригласил меня в Окружной дом офицеров на сборный концерт, в котором и он примет участие. К сожалению, я всё же опоздал к началу, и сейчас осторожно прошёл в зал, сел на свободное место. Один за другим выступали молодые парни, для кого Афганистан стал личной судьбой...
   С Денисом мы были знакомы несколько месяцев по совместной работе: мне пришлось решать проблемы "афганцев" на областном уровне, будучи депутатом Областного совета, а Денис весной того же 90-го был избран депутатом в городской совет. Естественно, рано или поздно наши пути должны были пересечься. И они однажды пересеклись на совместном заседании депутатов обоих уровней. Кроме общих дел и забот нас связывали ещё и общие воспоминания: Афганистан, тяжёлые ранения и долгий и трудный путь возвращения к мирной жизни.
   Невольно опять память вернула к вчерашнему разговору с Денисом. Был он в хорошем расположении духа да вдруг в мгновение посуровел:
   -Скажи, ну как она могла? Она же врач, человек гуманной профессии, ведь милосердие и внимание к человеку у неё должно быть на первом месте. А она.... Сказала Андрею, чтобы он не морочил ей голову, мол, иди отсюда, молодой человек и не мешай работать, а больничный лист, мол, всё равно не выдам. Дура она, что ли?! Не нужен Андрюхе больничный, да и не работает он, хоть и очень хотел бы, но не берут - инвалид второй группы. Головные боли его замучили после контузии, полученной в Афгане, ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 53 | Добавил: NIKITA | Дата: 14 Окт 2021 | Комментарии (0)