"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » Проза
1 2 3 ... 134 135 »

Афанасьев Игорь Михайлович

Сапёр, который ошибся

 

Пролог

Дорогие читатели, этот сборник рассказов написан участником афганской войны, простым инженером-конструктором, и поэтому не содержит литературных изысков.

Больше всего сборник похож, на солянку, где в одном афганском котле варится перемешанная куча персонажей, и так же является пищей только для ума, душевной, и отчасти духовной.

Главный перец — обычный советский студент-раздолбай, который сначала вылетает из питерского института, а потом попадает в армию. Сначала в ашхабадскую учебку, а затем в 191 отдельный мотострелковый полк, расположенный в 17 километрах от старинного восточного города Газни на востоке Афганистана.

Портретное сходство главного персонажа с автором, неслучайно, потому что это мемуары.

Это «мясное» блюдо, потому что большинство из тех, кто варился в афганском котле — «пушечное мясо».

В сборнике есть «соль» — это пот солдатских трудов на многочисленных операциях и реализациях разведданных, и слёзы от обид. «Сахар», это любовь, и приятные воспоминания. Конечно же «колбаса» разных сортов, это солдатский юмор, байки и забавные случаи. Есть горечь потерь и страх перед боем. Присутствует «лавровый лист» — радость победы, а также «картошка» — повествование о солдатских буднях и суровом армейском быте. Конечно же, ароматные «приправы», в виде описания афганского колорита и пейзажей.

Мне не хочется никого задевать и обижать. Мои воспоминания — субъективны, это взгляд бывшего солдата на события тех лет. По нему нельзя судить о великой армии и её великих героях.

Надеюсь, этот сборник придётся вам по вкусу.

Все рассказы расположены во временной последовательности, от начала службы, до её конца. Сборник посвящён тысячам солдат со схожей судьбой. История простого парня из российской глубинки — одного из многих.

Если что не так, не судите строго.

С уважением, Игорь Афанасьев.

Солдат и врач

Этот рассказ посвящается моей бывшей девушке,

и написан мною перед службой в армии.

У нас всё было вроде бы нормально,

но на душе уже росло предчувствие расставания.

Осень. Гражданская война.

Красные теснили Белых в Крым.

После госпиталя, Он возвращался на фронт через Питер, и хотел увидеть Её. Когда-то Он был студентом технического института, а Она студенткой медицинского. Они были молоды и готовы целоваться целыми днями на набережных и многочисленных парках.

Время изменило всё.

Теперь Он простой солдат, получивший ранение в донских степях, а Она врач в столичном госпитале. Он долго ждал Её напротив Балтийского вокзала. Прохаживаясь по набережной Обводного канала, Он разглядывал своё отражение в сточных водах, текущих между гранитных берегов. Простой солдат — один из многих.

Издалека Он увидел её, и почувствовал колоссальную разницу между ними. Он раздавленный войной и страданиями человек, которому снова возвращаться в беспощадную бойню. Она милая модная барышня, привыкшая к чистоте и столичному лоску.

Она подошла. Без особого интереса посмотрела в Его радостные глаза, в которых явно проглядывалась безысходность, и быстро скользнула взглядом по невыразительной фигуре в серой шинели. Мало, что напоминало весёлого студента из далёкого прошлого.

Разгово ... Читать дальше »

Категория: Проза | Просмотров: 23 | Добавил: NIKITA | Дата: Вчера | Комментарии (0)

Андрей Дышев
Славы жаждут дураки

Глава 1
Обогнать с первого раза учебную «шестерку» с предупреждающим треугольником на крыше мне не удалось. Как раз в тот момент, когда я обходил машину слева, «шестерка» повела себя так, словно за ее рулем сидел плохо выдрессированный медведь. Машина вдруг рванула вперед, зашуршав колесами по гравию, и, обгоняя стоящий впереди хлебный фургон, тоже начала брать влево. Она беспардонно прижимала мой крупный «Ниссан-Террано» к бордюру встречной полосы. Я на всякий случай посигналил. Потом, удивляясь отчаянной храбрости ученика и его инструктора, притормозил, уважительно пропуская ошалевшую машину.
Мы бы разминулись вполне благополучно, если бы из-за поворота прямо на меня не выкатил автобус. Спасая машину от издержек учебного процесса, я прихлопнул ногой педаль акселератора, словно какого-то вредоносного жука. Сто двадцать пять «лошадок» турбодизеля снарядом кинули «Ниссан» вперед, в узкий промежуток между «шестеркой» и автобусом. Когда я наконец снова вырулил на свою полосу, оставив учебную машину позади себя, «шестерка» встала как вкопанная посреди дороги и наконец заглохла.
Я сбавил скорость, с сочувствием наблюдая в зеркало за убийственным автотренажером. Со стороны инструктора распахнулась дверь, и из машины вывалился коренастый крепыш в темных брюках, сандалиях, надетых на красные носки, и в майке, украшенной рекламой пива. Он был очень огорчен, сильно размахивал руками, отчитывая ученика, который по-прежнему сидел в машине и не высовывался.
На ловца и зверь бежит, подумал я, узнав в инструкторе своего соседа Виктора Куценко, который в прошлом месяце одолжил у меня, кажется, штуку (или две?) баксов. Дал задний ход, мягко прижавшись к передку «шестерки», заглушил машину и вышел наружу.
Виктор не сразу разглядел мои добрые намерения и на всякий случай отступил назад, за свою красную развалюху. Исподлобья глядя на меня, он нескладно и безадресно выругался:
– Да что за дела!.. Не поймешь, черт возьми, что творится! Все с ног на голову поставлено!..
Я снял темные очки. Виктор меня узнал, откровенно обрадовавшись тому, что хозяин «Ниссана» его сосед, а не какой-нибудь уголовный элемент с туманным прошлым, но ясными противоправными намерениями. Правда, уже через мгновение по его лицу пробежала тень – кажется, он вспомнил про долг, и это испортило ему настроение.
– Привет, – упавшим голосом сказал он, протягивая свою широкую, с короткими пальцами ладонь.
Люди, которые должны, так не любят смотреть в глаза!
– Чего шумишь? – примирительно сказал я.
Виктор, ожидавший неприятного вопроса о баксах, оживился и с удовольствием стал закапываться в начатую мной тему:
– Я объясняю: педаль сцепления надо отпустить сначала на треть хода, а потом потихоньку, как пробку из-под шампанского…
– Так возьми бутылку и покажи, а не ругайся, – посоветовал я. – Или дай разок по затылку. Это помогает.
– По затылку! – буркнул Виктор и мельком взглянул на запыленное окно «шестерки». – Эту нельзя. Актриса!
Вокруг нас скапливался народ, в основном местные пенсионерки. В отличие от курортников им было скучно, и они хотели посмотреть на разборку. Большая, как корова, бабуля в больничном халате, махая перед собой газетой, басом рассказывала анекдот про то, как на «шестисотый» «Мерседес» наехал «Запорожец». Юмора никто не понял. Мои землячки не знали, что такое «Мерседес», а «Запорожец», очень популярный в здешних краях, считали нормальной машиной.
Я всматривался сквозь стекло «шестерки», тщетно пытаясь рассмотреть сидящую за рулем актрису. Я полагал, что там должно находиться некое перепуганное, эфемерное, полупризрачное существо с белой до синевы кожей, слабым голосом и томным взглядом. Ничего не увидев, я хотел напомнить Виктору, чтобы он перед выездом тщательнее мыл стекла, но в этот момент дверь открылась, и я увидел каштановую шляпку волос с обесцвеченной ч ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 61 | Добавил: NIKITA | Дата: 23 Мар 2017 | Комментарии (0)

Михаил Журавлёв
Одержимые войной. Доля

 
Глава 1. Дорога к дому
Нескончаемые степи уныло тянулись за окном купе, и казалось, само время остановилось и не собирается трогаться с места. Глянешь под откос – дух перехватит от скорости, но бескрайняя равнина недвижна, лишь ровный перестук колёс да ритмичные покачивания напоминали: ты стремительно летишь на северо-запад, домой.
«Какая бессмысленно огромная страна! – в который раз в раздражении подумал Гриша и задёрнул шторы. Несколько часов кряду он ехал один в купе. Старичок в тюрбане и штопаном халате, попутчик от самого Ташкента, с утра сошёл на полустанке, и больше никто не сел. Когда тринадцать дембелей схватили в кассе первые попавшиеся билеты до Москвы, не посмотрели, что все не просто в разных купе – в разных вагонах. Уже в пути с трудом расположились поближе. Аксакалы качали головами, не соглашаясь меняться. Не убеждали ни медали на кителях, ни настойчивая жестикуляция. Но появился какой-то «бай», как обратился к нему бригадир поезда, что-то сказал старичкам, и те покорно уступили места, а их многочисленные баулы дембельская команда помогла перенести за 5 минут.
Билетов в кассе не было, а поезд полупустой. Проводник казах, коверкая русские слова, тараторил, что билеты распроданы все, места будут заняты, люди подсаживаются в поезд по ходу следования. Но за сутки пути попутчиков не прибавилось. Правда, и за окном пока пустыня да пустыня – откуда и взяться новым пассажирам?
Гриша ехал, никуда не глядя, ни о чём не думая, тупо уставившись в зашторенное окно и слушая ритм колес. Темнело. Клонило в сон. Но задремать не пришлось: на пороге возникла не в такт поезду покачивающаяся фигура в расстёгнутой гимнастерке и почему-то в газовом женском шарфике, мигнула нетрезвым глазом и пробасила, кивая на шторы:
– Чи, бача [1] ! На фига зачехлился-то? Ночь что ли?
– А что там смотреть! Степи и степи. Надоело!
– Разумно, – вверх взлетел указательный палец, отчего фигура стала напоминать известную музейную картину, – Ты вот что… Пошли к нам. У нас есть, и на что смотреть и что пощупать. Хе-хе!
– Опять спирту притащили? Сколько можно! Башка и так с утра…
– Ты чё, братан? Я что, алкоголи… ик, что ли? – икнул дембель и улыбнулся:
– Не спирт. Лучше. Девчонки пришли. Архи… архи… ну, эти, которые копают. Секс-педиция…
– Археологи что ли?
– Во-во! Они самые. Пошли! Мы в третьем купе, – и с лязгом захлопнул дверь, точно не пригласил к себе, а, наоборот, послал в сердцах куда подальше. «Э, да ты пьян в стельку. Какие девочки! Глюки у тебя, – подумал Гриша». Но поднялся, открыл дверь и направился к третьему купе – всё одно заняться нечем. Ещё трое суток пылить до Москвы.
Это было похоже на штаб цыганской роты. Количество людей обоего пола, втиснутых в пространство купе, Гриша сосчитать не мог. Во всяком случае, представить себе, что сюда может поместиться ещё одно – его – тело, было никак. Он оторопело разглядывал вакханалию из дверного проема, прикидывая, сразу развернуться или чуть потоптаться. Все были заняты собой и друг другом, одинаково пьяные и разгорячённые. Парадные кители с медалями, аксельбантами, значками классности, на подгонку, ушивку, глажку которых ушло столько труда в несколько долгих ночей перед отправкой, небрежно валялись на верхней полке один на другом. Внешний вид их обладателей нимало не соответствовал образу военнослужащего, впрочем, ни один из дембелей таковым себя не считал. «Мы гражданские люди!»
– Братан! Догоняй! – воскликнул один из «гражданских», подмигивая Грише, и бесцеремонно усадил себе на колени русоволосую толстушку. Та со смехом плюхнулась на парня, и на освободившееся место тут же устремилось несколько человек, стоявших, висевших или примостившихся кто где. Гриша не успел. Тогда чья-то мягкая, но властная рука потянула его вверх. Он вскинул взор и увидел на левой верхней полке полулежащую в обнимку с початой бутылкой белокурую девицу, пристально набл ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 77 | Добавил: NIKITA | Дата: 21 Мар 2017 | Комментарии (0)

Анвар Амин Мухаммад
Правдивая история нашего джихада


Перевод на английский Ричарда Ф. Странда,
перевод на русский язык
 Дмитрия Кузина 
 
  
Предисловие Р.Ф.Странда
 
Анвар Амин был предводителем первого организованного сопротивления против коммунистического режима в Афганистане. Когда коммунисты захватили власть в 1978 году, он служил в должности провинциального чиновника (/alБqadБr/ вариант перевода на английский этой должности /Sub-District Administrator/ - прим. перев. Д.К.) в городе Нарандж южной провинции Кунар. После заточения и последующего освобождения он поклялся бороться с коммунистическим режимом. Его большой опыт гражданского служащего и предводителя партизан в племенных распрях хорошо подготовил его к этой роли, и его преданность делу сделала его лидером зарождающегося партизанского движения, чтобы освободить регион от коммунистического влияния.
 
Предисловие к данной главе Д.М.Кузина
 
Ниже описанные события относятся к истокам зарождения афганского социалистического режима в результате Апрельской революции. Данный первоисточник немного проливает свет на характер, течение и суть постреволюционных репрессий в отношении несогласного афганского населения. Тексты собраны Р.Ф. Страндом в виде монологов-диалогов с будущим участником и лидером молодого повстанческого движения Мохаммада Анвара Амина.
 
Заточение
 
В течение этих дней я был заключенным в Джелалабаде. Они сказали нам пару слов об этих событиях. Ты спрашиваешь, почему я был заточен в тюрьме подобным образом?
Однажды утром я встал с кровати и включил радио, по нему передавали популярные и народные песни. Раньше, во время переворота Дауд Хана, передавали те же песни, те же популярные песни. Так что я задумался: "Что это могло значить?" Пока я обдумывал эту мысль, ко мне прибыли несколько человек. Это были офицеры на машине, которые спросили меня:
"Тут все в порядке?"
"Тут все в порядке. Ничего такого я не заметил", - сказал я им.
"Хорошо, если что-то произойдет, дайте нам знать, мы будем в столице провинции", - сказали они. "Началась народная революция, революция масс", - сказали они мне тогда.
Меня все еще занимали те же думы: Что из себя представляют народные массы? До этого мы охотились и арестовывали членов партии "Народ", избивали их. О чем они говорят?
 
Одна из моих дочерей заболела; я вернулся домой и пошел ей за помощью, я просто не мог сидеть дома. Я уходил ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 56 | Добавил: NIKITA | Дата: 17 Мар 2017 | Комментарии (0)

Анатолий Гончар
Рейд в ад

Жизнь под откос… Все с нуля. Нет секунды, чтобы остановиться, постоять, подумать… Сорок пять лет… Порог, предел. И за забор, не спрашивая, не озаботившись за будущее очередного «зеленого человечка», легко и просто: за шиворот и вон. Падение в пропасть. Пенсия. Заслуженный отдых. Вот только что с этим отдыхом делать? Как прожить на пенсионные крохи? В сорок пять лет начинать жизнь сначала? Перспектив нет. Нормальной специальности нет. Все, что умею, – осталось там, за воротами с красной звездочкой. Куда теперь? В Москву на стройку подсобным рабочим? И сколько я наработаю?
– Колюха, – голос из трубки мобилы оторвал меня от пораженческих мыслей.
– Эдик, привет! – я узнал голос своего бывшего однополчанина майора Каретникова Эдуарда Витальевича, два года назад уволенного из рядов славных Вооруженных сил по сокращению штатов.
– Как жизнь, Михалыч? – голос майора так и лучился оптимизмом. – Ты, говорят, на пенсию вышел. Бездельничаешь?
– Бездельничаю, – согласился я, – наслаждаюсь отдыхом, – последнее утверждение прозвучало довольно уныло.
– Работу еще не нашел? – в том, что я пойду работать, он не сомневался. Сам недавно был в такой же ситуации.
– Кое-что наклюнулось, – ответил я довольно уклончиво. Ну не говорить же ему, в самом деле, что, потыкавшись во все местные конторки, я все больше и больше склонялся к мысли о работе вахтовым методом где-нибудь в Москве или на Cевере.
– Михалыч, есть предложение! – То, что звонок не случаен, я понял с самого начала, особыми друзьями с Эдом мы никогда не были, с чего бы ему звонить?
– Давай! – я мысленно улыбнулся, представив это «предложение». Сам Каретников, по моим сведениям, до последнего времени официально подвизался в роли охранника какого-то бизнесмена, а номинально выполнял некие его щепетильные поручения, так что его так называемое «предложение» могло быть чем-то из той же оперы.
– Не по телефону.
После этой фразы следовало послать Эдика куда подальше, но мое финансовое положение заставило сдержать первый душевный порыв. Возможно, не все так плохо и предлагаемая им работа окажется вполне в плоскости закона.
– Ну и? – я требовал дальнейших действий со стороны «работодателя».
– Ты сейчас ничем не занят? – Я представил, как Эдик, поглядывая по сторонам, почесывает свою много раз битую голову.
– В общем-то, нет, – не стал я врать, хотя хотелось.
– Через полчаса к книжному на Комсомольской подойти сможешь? – Каретников наконец-то созрел до конкретики.
Я мысленно прикинул маршрут. Получалось не то чтобы близко, но и не далеко. Как раз не спеша прогуляться. Даже на автобус садиться не обязательно. Пройдусь, подышу уличным воздухом. Вместо зарядки.
– Да, – подтвердил я испрашиваемые возможности.
– Тогда через полчаса. Жду, – в нотках голоса Эдика послышалось довольство, видимо, он решил, что дело в шляпе. Как бы не так! С криминалом я связываться не собирался.
– Добро, – ответил я, и он отключился. Что ж, схожу, узнаю, что он предложит, терять ничего не теряю, почему не послушать? Я не спеша оделся и двинулся навстречу будущему.
Как и думалось, каретниковское «жду» было не более чем слова – на Комсомольской им и не пахло. Следовало бы развернуться и уйти, но зря я сюда перся? Решил ждать.
Эдик опоздал ровно на пятнадцать минут, но Эдик не был бы Эдиком, если бы получилось по-другому.
– Брат, – вывалившись из машины, он с распростертыми объятиями шагнул в мою сторону, – прости, брат, опоздал!
– Привет, привет! – мы обнялись. А как же – боевое братство и прочее (он и я одновременно были в Чечне, он ПНШ – помощником начальника штаба, я – группником – командиром разведывательной группы).
– Я тут такое классное дело нарыл, – таща меня в сторону от проезжей части, он сразу взял быка за рога. – Ты будешь в восторге! Пляску и писанье кипятком гарантирую. Пять тысяч баксов в месяц. Работа не ... Читать дальше »
Категория: Проза | Просмотров: 61 | Добавил: NIKITA | Дата: 13 Мар 2017 | Комментарии (0)