"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2020 » Август » 20 » РАССКАЗЫ АФГАНСКИХ МОДЖАХЕДОВ
07:08
РАССКАЗЫ АФГАНСКИХ МОДЖАХЕДОВ
РАССКАЗЫ АФГАНСКИХ МОДЖАХЕДОВ
Из переводики А.Грешнова
Засада в Афшар
Рассказывает командир «городских» моджахедов Асил Хан, принадлежавший к группировке «Национальный исламский фронт Афганистана - НИФА».

Двадцать восьмого мая 1982 года я возглавил группу моджахедов, намереваясь устроить засаду у самых ворот советского гарнизона в Кабуле. В то время подразделения 103-й воздушно-десантной дивизии и некоторых других частей базировались в Дар-уль-Амане, примерно в 10 километрах к юго-западу от центра города. Штаб 40-й армии находился там же, в здании дворца Тадж-Бек. Я командовал маленькой группой в отряде моего отца, Хаджи Давлата, база которого располагалась в Морггиран, в 10 километрах западнее Дар-уль-Амана. После проведения многодневной рекогносцировки и изучения советского трафика в Дар-уль-Амане я выбрал место для засады. Мы выяснили схему движения советских транспортных средств вдоль дороги из Кабула в штаб, размещавшийся в Тадж-Беке. Прямо к северу от советской базы в Дар-уль-Амане есть маленькая деревня Афшар (первоначально холм, на котором немецкие архитекторы построили дворец Тадж-бек, назывался Афшар-тапа - прим. А.Грешнова). Там был типичный провинциальный восточный базар с несколькими бакалейными дуканами и телегами, с которых продавались свежие фрукты. Советские солдаты иногда наведывались на этот базар, чтобы купить сигарет, еды и импортной водки. Кишлак Афшар показался нам хорошим местом для засады: пространства для ее проведения было предостаточно, подход и отход были отличными, да к тому же шурави чувствовали себя там в безопасности. Проход к Афшар был хорошо скрыт и в случае необходимости мы могли бы легко добраться оттуда до баз моджахедов и безопасных мест в уезде Чардехи. В день организации засады мы находились в шести километрах к западу от выбранного места, в кишлаке Кала-е Бахтияр. У нас было четыре АК-47 и один легкий иностранный (не советский) противотанковый гранатомет. Вечером мы выдвинулись в направлении Афшар. Шел месяц Рамадан, когда мусульмане целый день постятся. На улицах было очень мало народа, так как в это время суток они принимали пищу (говели). Так как засадная точка располагалась очень близко к советскому гарнизону, я решил провести очень быстрое нападение на одиночную машину шурави и по возможности взять пленных. Мы шли по узкой улочке Афшара, выходившей на главную дорогу, которая вела к дворцу Дар-уль-Аман. Примерно в 19.30, когда первый автоматчик дошел до перекрестка, показался советский грузовик ГАЗ-66, двигавшийся по направлению к военной базе с восточной стороны. В грузовике было всего пять человек - водитель и солдат, сидевшие в кабине, и еще трое солдат в кузове. У одного из них при себе была радиостанция. Я отдал приказ гранатометчику стрелять по грузовику при входе в зону поражения, но тот промазал. Машина внезапно остановилась. Выскочившие из нее оккупанты заняли огневые позиции и стали стрелять наугад. В ходе короткой перестрелки мы убили одного шурави. Двое солдат рванули в юго-западном направлении к своей базе, еще один укрылся за задними колесами грузовика. А солдат с радиостанцией забежал в бакалейный дукан. Один из моих моджахедов стоял за бетонным столбом линии электропередачи, рядом с этим дуканом. Я приказал ему зайти с центрального входа, а сам прошел в магазин с черного хода, представившись шурави как «его друг». Взволнованный шурави сначала ничего не понял, но потом, увидев в руках моего бойца иностранный гранатомет, произнес: «Душман!». Он держался спокойно, когда мы связывали ему руки и выводили из дукана. Я отозвал свой отряд и мы быстро покинули этот район. Вся операция заняла всего несколько минут. Опасаясь возмездия со стороны противника, под покровом ночи мы поспешно ушли в Кала-е Бахтияр. Оттуда мы шли через кишлаки Кала-е Бахадур Хан, Кала-е Джабар Хан и Кала-е Кази, прежде чем добрались в 22.00 до нашей базы в Морггиран. Три дня мы держали пленника на базе, а потом переправили его в штаб НИФА в пакистанский Пешавар...

Подрыв советской колонны в Кабуле минами с ДУ
Рассказывает командир «городских» моджахедов Мохаммад Гамаюн Шахин.
В моем отряде насчитывалось около 40 моджахедов и это были, в основном, пуштуны. Но было и семь человек, говоривших на языке дари, они не были кабульцами. Когда шурави проводили операции по прочесыванию местности, пуштуны смешивались с местными кочевниками, стоявшими в предместьях Кабула палаточными лагерями и пасшими скот, а дари-говорящие бойцы притворялись покупателями молочных продуктов у этих кочевников. В октябре 1982 года я еще был рядовым моджахедом, а не командиром. Нами руководил Карар, который и командовал нападением на колонну шурави на дороге Кот-е-Санги - Дар-уль-Аман возле Кала-е Алимардан. Это было комбинированное нападение, в котором принимали участие полевые командиры «Исламской партии Афганистана» Гульбеддина Хекматиара - Дидар, Фируз и Карар, а также моджахеды из фракции «Исламское движение Афганистана» Мохаммада Асефа Мохсени (Кандагари). В сводный отряд входило 76 моджахедов. Мы ожидали, что на следующий день колонна пойдет из Дар-уль-Амана в Кабул. Ночью мы выдвинулись в район предполагаемой атаки и взяли его в кольцо. Наши саперы установили на пути движения конвоя семь мин с дистанционным управлением («шартаки») и замаскировали их. После того, как были организованы два наблюдательных пункта и определена команда подрывников, моджахеды покинули этот район. Я и еще один моджахед по прозвищу Шир Бача-е Кала, по национальности хазареец, входили в группу подрывников. Командир Карар находился на наблюдательном посту в Дар-уль-Амане, а еще один наблюдательный пункт был расположен неподалеку от заминированного участка дороги. Мы с Шир Бачой провели ночь в клеверном поле, всего в 200 метрах от трассы. На следующее утро командир Карар приехал к нам на своем мотоцикле и сказал, что советская колонна уже вышла из Дар-уль-Амана. Мы выдвинулись на свою позицию, а Карар уехал на другой наблюдательный пост. Он приказал наблюдателю снять чалму и помахать ею нам, когда два первых транспортных средства проедут через заминированный участок дороги. По этому знаку мы и должны были подорвать мины, так как с нашей позиции заминированный участок виден не был. Через некоторое время показалась колонна. Наблюдатель снял с головы чалму и начал ей махать, после чего ушел в безопасное место. Мы привели в действие детонаторы с пульта ДУ и четыре из семи мин взорвались. Были подорваны одна БМП и три грузовика. Группа моджахедов-подрывников благополучно покинула место инцидента. Нападение на министерство обороны ДРА Рассказывает моджахед Мохаммад Гамаюн Шахин В ноябре 1982 года около 60 моджахедов из «Исламской партии Афганистана - ИПА» Гульбеддина Хекматиара и «Исламского движения кандагари - ИД» Мохаммада Асефа Мохсени предприняли ночную атаку на афганское министерство обороны - дворец Дар-уль-Аман. Меры безопасности в этом районе были очень жесткие и пространство между дворцами Дар-уль-Аман и Тадж-Бек, где располагался штаб 40-й армии, интенсивно патрулировалось. Мы решили ограничить нашу операцию коротким налетом с использованием РПГ-7. Бойцы из отряда ИПА были вооружены АК-47, а моджахеды из ИД - 32-зарядными английскими пистолетами-пулеметами STEN и другим стрелковым оружием. У группы ИД имелся гранатомет, который и был использован в этой атаке, а боеприпасы к нему обеспечили обе группы. В тот день мы организовали временный плацдарм в деревне Чар Кала, располагавшейся в трех километрах к северу от нашей цели. Оттуда мы пошли группами на юг через промежуточные населенные пункты - Кала-е Пакчак, Кала-е Бахадур Хан и Кала-е Бахтияр. В качестве позиции для атаки была выбрана водяная мельница неподалеку от колонии для подростков, располагавшейся рядом с Дар-уль-Аманом. По мере движения мы выставляли свои посты безопасности. Большинство бойцов было задействовано как раз на этих постах, и в их задачу входило обеспечение безопасности нашей инфильтрации в заданный район и путей отхода. После того, как наш передовой отряд убедился в безопасности огневой позиции, гранатометчик по имени Саадат из отряда ИД, расположившийся примерно 250 метрах от цели, произвел по зданию два выстрела. Ответ противника был молниеносным: ночь буквально взорвалась шквалом огня из стрелкового оружия. Мы не стали ввязываться в перестрелку, а наоборот, постарались побыстрее унести оттуда ноги, двигаясь по пути отхода, который охраняли наши посты безопасности. После этого мы рассредоточились и спрятались в безопасных местах и населенных пунктах пригорода Чардехи. По прошествии нескольких лет, один из сидевших в тюрьме заключенных, который служил в афганской армии и находился в то время у дворца Дар-уль-Аман, рассказал одному из контактов моджахедов, что во время тех событий было убито и ранено около 20 человек. Нападение на крепость Балахиссар Рассказывает командир Шахабуддин из деревни Шеваки, что на юге Кабула. В кабульской крепости Балахиссар стоял гарнизоном советский полк. В сентябре или октябре 1983 года мы решили совершить нападение на заставу к югу от Балахиссара. Застава являлась составной частью пояса безопасности, созданного вокруг этой крепости. В моей группе было 62 моджахеда, а на вооружении стояли гранатометы РПГ-7 и 82-миллиметровые безоткатные орудия. База отряда находилась в Ях-Дара, в 10 километрах к югу от Кабула. Спланировав нападение в Ях-Дара, после полудня мы выдвинулись в кишлак Шеваки, где дождались пока стемнеет. Когда стало темно, мы отправились в дорогу. На нашем пути было несколько режимных постов правительственных войск и напротив них я разместил свои группы обеспечения безопасности численностью в пять человек. Главный пост безопасности находился в Акози и еще два - в Баг-е Афзаль и Калача. Группы обеспечения безопасности должны были прикрывать наш отход после выполнения миссии с тем, чтобы мы не угодили в засаду противника. Мы подобрались к крепости, окруженной несколькими заставами. Я отобрал 15 человек в атакующую группу, а других бойцов направил к этим заставам. Атакующая группа была разделена на штурмовую, состоявшую из 10 человек, и группу обеспечения. Подкравшись к заставе, мы вскарабкались по стене на крышу сооружения и атаковали. Штурмовую группу возглавлял я. Мы выстрелили по часовому из гранатомета и он просто испарился. Затем мы с помощью гранатометных выстрелов взорвали дверь и открыли огонь по солдатам, находившимся во внутреннем дворике. Мы уничтожили 12 афганских солдат, а троих раненных взяли в плен. Однако большая часть солдат успела убежать в крепость через замаскированный потайной ход сообщения. В моем отряде было двое убитых и одним из них оказался Забет Халим, легендарная фигура среди «городских» моджахедов, который в свое время служил унтер-офицером в Королевской Афганской Армии. Мы забрали тела своих убитых, но брать пленников уже не могли, так что оставили их на заставе. Захватили и трофеи, всего 16 единиц оружия, в том числе автоматы Калашникова, пулеметы ПК, миномет и гранатомет РПГ. В крепости царил переполох и вскоре, когда мы уже покинули нашу позицию, из Балахиссара в нашем направлении двинулась бронетехника. Один из танков, который приблизился к нам ближе других, был подбит из гранатомета. Другие, прекратив движение в нашу сторону, ретировались. Видимо, у них пропала охота воевать. Мы хотели просто убраться оттуда, а потому двинулись к точке общего сбора, сказав на подходе к ней пароль и получив отзыв. Когда я собрал свою группу целиком, мы ушли. Группы обеспечения безопасности гарантировали нам безопасное возвращение. Этот рейд был совершен 10 числа первого месяца по исламскому лунному календарю, когда мусульмане-шииты отмечали День поминовения Ашура... Нападение на управление автобусного сообщения Кабула Рассказывает командир «городских» моджахедов Шахабуддин из деревни Шеваки, расположенной к югу от Кабула. Управление автобусного сообщения афганской столицы Kabul Metropolitan Bus Transportation Authority (вероятно, госкомпания Milli Bus - прим. А.Грешнова) располагалось на востоке города, одновременно являясь стоянкой для 130 автобусов. В октябре 1983 года на нашей базе в Ях-Дара я сформировал отряд из 120 моджахедов для проведения рейда. У нас было 16 гранатометов РПГ-7, три миномета, три 82-миллиметровых безоткатных орудия и много стрелкового вооружения. Я разделил отряд на три группы по 20 человек для нападения на текстильную фабрику в Баграми, полицейский участок и на нашу главную цель - транспортное агентство. Шестьдесят человек вошли в группу обеспечения безопасности выдвижения к целям и выхода из этих районов: перво-наперво городские моджахеды всегда заботились о путях отступления. Мы выдвинулись с нашей базы и рассредоточились в близлежащих деревнях. Для обеспечения безопасности миссии о плане нападения знали только я и подчиненные мне командиры. Они должны были довести задачу до бойцов по достижении ими своих позиций. Первая группа ушла к текстильному комбинату, а вторая, усиленная безоткатным орудием, минометом и несколькими РПГ-7, приготовилась атаковать полицейский участок в Карт-е Нау. Я командовал основной группой, которая собиралась напасть на транспортное управление. По мере продвижения мы выставляли свои посты безопасности напротив всех правительственных застав. Я послал одну группу моджахедов к кинотеатру «Икбаль» с тем, чтобы она атаковала находившийся там пост безопасности и не вмешивалась в наш рейд. В то время, как моджахеды уже приготовились атаковать пост безопасности, показался одиночный подвижной патруль на джипе. Моджахеды уничтожили его ракетой. Находившиеся на посту солдаты, увидев горящий внедорожник, бросились наутек. Моджахедам досталось там три автомата. Я вел свою группу к большим корпусам автобусного транспортного агентства. По прибытии я выставил посты безопасности для того, чтобы кто-нибудь не застал нас врасплох. А затем мы атаковали подразделение, охранявшее автобусный парк. Мы убили восемь охранников, ранили двух и подожгли 127 автобусов. Невредимыми остались только три автобуса. Нам достались богатые трофеи - 13-14 автоматов Калашникова и 155 штык-ножей! Затем мы отошли по заранее проложенному маршруту и вернулись на базу. Мне доложили, что группа, атаковавшая текстильный комбинат, обстреляла его из миномета и тяжелого вооружения, нанеся зданию материальный ущерб. Кабул на долгое время остался без полноценного автобусного сообщения... Налет на заставу отряда самообороны в Чарикаре Рассказывает командир Саршар, офицер царандоя (народной милиции), негласно работавший на моджахедов. Когда он был уже близко к провалу, то перешел на сторону партизан и возглавил мобильную группу в уезде Горбанд, действовавшую близ города Чарикар.[/i] Административный центр провинции Парван - Чарикар имел ярко выраженное городское ядро застройки, примерно 1х1 километр, а вокруг него раскинулись большие пригороды. Северная часть города носила название «новая тюрьма» и там дислоцировались силы милиции, так называемые отряды самообороны. Нашим информатором и агентом среди этих милиционеров был Малек Шах, который в октябре 1983 года пообещал запустить нас на заставу, когда их командир уснет. Я отрядил 65 моджахедов со своей базы для выполнения этой миссии. У нас на вооружении тогда были два тяжелых пулемета Горюнова, три пулемета ПК, четыре гранатомета РПГ-7, автоматы Калашникова и винтовки Enfield. Я разбил отряд на 4 группы, три из которых должны были обеспечивать безопасность на подходах к цели и при дальнейшем отступлении. Четвертая была штурмовой. Одна из групп обеспечения безопасности расположилась возле дороги к северо-востоку от компаунда малишей, а другая - с северо-западной стороны, на другом фланге. Третья группа обеспечивала отход в северном направлении к Офан-е Шариф. Мы достигли цели в два часа ночи. В 03.00 Малек Шах посигналил нам фонарем из штаба. Я и еще восемь моджахедов из штурмовой группы перелезли через стену и оказались во внутреннем дворе. Малек Шах указал нам на три помещения внутри здания, когда вдруг один из дремавших охранников проснулся. Увидев нас, он стал кричать. Времени у нас уже не было, и мы ворвались в эти три комнаты, стреляя во все стороны. Я повел группу к комнате командира. В результате мы убили 20 человек, тогда как наши потери составили одного человека убитым и одного раненым. Нашими трофеями стали 16 автоматов Калашникова, а мне достался командирский «Макаров». Так как вся перестрелка происходила внутри помещения, то ее звуки были сильно приглушены и другие заставы не среагировали на нападение. Вероятно, там и не подозревали, что мы захватили эту заставу. Мы покинули ее еще до рассвета, уйдя к Офан-е Шариф, а уже следующей ночью были в своем лагере в Горбанде... Налет на управление ХАД в Кабуле Рассказывает командир моджахедов Мохаммад Гамаюн Шахин Вечером 13 августа 1986 года я повел отряд, состоявший из пяти моджахедов, в Кабул для совершения налета на управление ХАД (Служба государственной информации, аналог КГБ - прим. А. Грешнова). Здание Первого управления ХАД располагалось в районе Алауддин близ проспекта Дар-уль-Аман. Управление работало круглосуточно и находилось в хорошо охраняемой зоне города. В этой связи мы поставили перед собой задачу скоротечного нападения и быстрого отхода. В группу входили мой брат, Нурулла, Маамур Абдул, Шах Мохаммад и Мохаммад Захир. Мое подпольное формирование базировалось тогда в кишлаке Кала-е Читгар, расположенном на расстоянии в 2,5 километра от западных пригородов Кабула. На этой базе мы хранили свое оружие. После каждой операции мы чистили и смазывали его, оборачивали в хлопчатобумажную ткань. Затем помещали оружие в герметичные пластиковые пакеты и прятали в канализационных трубах и других труднодоступных тайниках. Мы приготовились к выполнению задачи, достали оружие и сели ждать сумерек. Ближе к ночи мы выдвинулись из Кала-е Чатгар, шагать до цели нам предстояло примерно 4 километра. Когда мы скрытно подошли к району, где располагалось здание управления ХАД, я выставил охранение и поставил стрелка на позицию. Мой постоянный оператор РПГ на тот момент отсутствовал, так что стрелком пришлось назначить другого моджахеда. Из-за того, что мы были городскими моджахедами, то возможности часто практиковаться в стрельбе по целям из РПГ у нас не было, и стрелок до этого никогда не держал в руках гранатомета. В тот момент я выступал в роли его помощника - нес гранаты и помогал ему заряжать.

По свету в окнах можно было догадаться, что больше всего народа на тот момент находилось на втором этаже здания, и я сказал гранатометчику, чтобы тот стрелял по окну второго этажа. Затычек для ушей ни у меня, ни у стрелка не было, и для того, чтобы избежать компрессионного удара по ушам, я приказал ему молиться и громко повторить три раза «Аллах Акбар!», чтобы его рот был открытым. Мой новый стрелок, который был шиитом, улыбнулся и сказал: «Тогда в конце молитвы я произнесу и Я, Али!». Стрелок прицелился и выстрелил. Но вместо второго этажа граната попала в четвертый. Там произошел большой переполох, однако по нам никто не стрелял. Мы немедленно покинули свою позицию и возвратились на базу. Позже нам донесли, что в результате атаки было убито и ранено более 20 человек... Рейд на гарнизон 15-й пехотной дивизии Рассказывает командир моджахедов Ахтар Джан. Командир Ахтар Джан принадлежал к группировке «Исламское общество Афганистана» (Джамиат-е ислами), его отряд базировался в уезде Аргандаб, к северо-западу от Кандагара. Присоединившись к джихаду еще в возрасте 12 лет, будучи учеником средней школы, к концу войны он стал полевым командиром. Оба его брата погибли во время «войны против неверных». Воевал под командованием Муллы Накиба, самого известного полевого командира от «Джамиа-те ислами» в этом регионе. Пятнадцатая пехотная дивизия ВС ДРА дислоцировалась в городе Кандагар и у нас там были свои агенты. Осенью 1987 года они предложили нам совершить рейд на дивизионный гарнизон военной полиции с целью захвата оружия. Мы собрали около 100 моджахедов для осуществления этой операции, причем я командовал группой из 15 человек в самом большом отряде. Переправившись через реку Аргандаб, мы двигались от нашей базы в Чахар Кульба в направлении Баба Валисахеб, а оттуда прошли через предместье Чаунай в город. Наш безопасный проход через Чаунай обеспечивали местные моджахеды. В результате мы вышли к гарнизону дивизионной военной полиции и подождали захода луны. Дело было примерно в полночь. Здание военной полиции располагалось в самом конце главного компаунда. Подкравшись к нему, мы увидели лестницу, которую наши агенты специально приставили к его стене. Пятьдесят моджахедов заняли позиции снаружи здания, тогда как еще 50 из состава рейдовой группы поднялись по лестнице на крышу. Оттуда мы спустились внутрь компаунда. Некоторые из наших агентов стояли в карауле, так что у нас не было никаких проблем. Они встретили нас и провели внутрь казарм. Мы собрались в большом пустом помещении, откуда наши агенты развели нас по разным комнатам, в которых по пять-шесть человек спали солдаты. Их оружие хранилось там же и мы его оприходовали. Рядом с казармами располагалась большая оружейная комната и после того, как спящие солдаты были разоружены, мы направились туда и забрали там сотни единиц оружия. После этого мы стали поднимать его на крышу, а оттуда передавать нашим товарищам, находившимся снаружи, за стенами гарнизона. Пока мы занимались этим делом, внезапно проснулся замполит подразделения, который нас увидел. Он начал шуметь и его пришлось заколоть штык-ножами. Мы закончили с оружием и возвратились на свою базу. Наши агенты тогда же дезертировали и ушли из воинской части вместе с нами. В наших рядах с целью поддержки джихада находилось несколько арабов. У них была видеокамера, и все, что они делали, так это снимали фильмы. Нам от них никакой пользы не было.
Категория: Публицистика | Просмотров: 79 | Добавил: NIKITA | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]