"Хочешь знать, что будет завтра - вспомни, что было вчера!"
Главная » 2017 » Сентябрь » 25 » Руины некомпетентности
09:35
Руины некомпетентности
Анатолий Степанович Терещенко
Руины некомпетентности

 
Аннотация
Разрушительное влияние некомпетентности общеизвестно. Она порождает сбои в любом механизме служебной деятельности, а при смирении с ней – хаос и руины тех участков, где эта болезнь существует. Благоприятной основой ее служат: «телефонное право», кумовство, «родственные лифты», личная преданность и умение молчать там, где надо сказать о недостатках правдиво.
Некомпетентность, в конце концов, служит основанием для увольнения работника или перевода его на другую работу, т. к. он подрывает иерархию, стремящуюся сохранить себя. Некомпетентные – это, как правило, нетворческие личности, балласт, прилипалы, не соответствующие профессиональным качествам или справляющиеся с работой ниже установленного уровня. Начальникам их приходится увольнять в рамках конкретной организации из‑за недобросовестного отношения к работе и несоответствия занимаемой должности.
Главная опасность некомпетентности – развал конкретного участка работы и превращение его в руины без своевременной кадровой реакции.

Пролог
Вспоминается мне давний случай… Однажды в конце 1990‑х гг. на одном из заседаний Союза писателей России при обсуждении библиографических изданий, в частности «На пороге XXI века», речь зашла о засилье бездарностей в одном конкретном коллективе, руководящая головка которого состояла из бездарей, назначенных по принципу личной преданности, в то время как рядом работали высокоинтеллектуальные работники – профессионалы, на чьих плечах лежал весь груз проблем института.
– Как может такое терпеть директор? – поинтересовался автор.
– А ведь он сам тоже из таких, назначенных не по уму, а потому и результативность низкая. Знаешь, порой мне кажется, что некомпетентность страшнее шпионажа. Она после себя оставляет руины в экономике, политике и военном деле, – озвучил интересную мысль мой друг и коллега по службе и перу Валерий Пирогов. – Сожаления и недовольство людей компетентных, знающих, умеющих делать лучше, чем те, кто недостойно и опасно стоят за штурвалом порученного дела, а нередко и бросают рабочее судно на рифы, вызывают усмешки…
И подумалось, может, тут и находится ответ на наболевший вопрос сегодняшних дней: почему человек работает, как проклятый, а живет, мягко говоря, туговато, попросту – выживает? И таких в России много, даже очень много.
Эта мысль глубоко запала автору в душу и торчала там, как заноза, несколько лет. И вот пришло время, когда он решился попробовать найти аргументы для подтверждения истины в историческом исследовании на примерах современного житья‑бытья.
Говоря о понятии некомпетентности, следует разобраться с его антонимом – компетентностью. Что же она из себя представляет? Это, прежде всего, наличие знаний и опыта, необходимых для осуществления эффективной деятельности в заданной предметной области – военной службе или гражданской работе.
Слово «компетентность» происходит от латинского competens и означает «подходящий, соответствующий, надлежащий». Сюда же можно добавить такие определения, как «способный, знающий, понимающий, сведущий» и т. д. То есть качество человека, обладающего всесторонними знаниями в определенной области трудовой деятельности и способного к осуществлению реального жизненного действия на пользу себе, коллективу и обществу в целом. Кроме того, это способность человека, его потенциальная готовность решать поставленные перед ним задачи со знанием порученного ему конкретного дела. Обладая определенной компетенцией, человек способен выносить объективные суждения и принимать выверенные решения.
Из этих посылов мы вправе сказать, что некомпетентность – это антипод компетентности во всех тонкостях этого понятия. С ним тесно связан такой термин как профессионализм – умение оценить меру своей некомпетентности.
Некомпетентность не означает, что человек является глупым, неграмотным или не в состоянии справиться с поставленными перед ним задачами. На другом участке работы, возможно, он мог бы справиться с проблемами и посложнее, но на конкретном месте в силу различных факторов: неосведомленности о необходимых потребностях, отсутствия соответствующего опыта, неполноты знаний для решения поставленных задач, завышенной самооценки, болезненных амбиций и прочих – он не только становится препятствием достижения цели, но и наносит ущерб делу. Некомпетентность конкретного специалиста – это сложное морально‑психологическое состояние не осознающего, что он не на месте.
Когда‑то Бенедикт Спиноза, говоря о некомпетентных работниках, отмечал, что когда они стараются разобраться в затруднении, еще более запутывают и портят дело.
В жизни немало случаев, когда тот, кто не разбирается в чем‑то, может легко взяться за активное решение проблемы. Любому правителю надо остерегаться держать таких типов в своем ближайшем окружении. Назначение на должность из принципа личной преданности подобных людей опасно для властелина катастрофой порученного дела, а порой и личным поражением.
Такие «специалисты», особенно подобранные по принципу личной преданности, могут подвести своего патрона. Подобные кандидаты на высокие должности не любят по‑деловому рассуждать, но всенепременно хотят что‑то решать в свою пользу. Однако «сырые» решения опасны своей непредсказуемостью и тяжелейшими последствиями для начальника и общего дела, и в целом для коллектива или страны.
Итак, профессионалы строят «Титаник», дилетанты – Ноев ковчег.
Конкретизировал автор эту самую некомпетентность некоторых типов как результат, как цепь кадровых ошибок, «родственного лифта» и «телефонного права» власть предержащих в отдельных персонажах. Он это сделал через понятие «феномен» – редкий факт, необычное событие, трудно постижимое в чувственном созерцании событие.
Тот, кто хочет кормить соловья за его песни, должен понимать различие трелей пташки от лукавства в рот смотрящему начальству и умеющему хорошо словесно штукатурить.
Эта книга посвящена головотяпству в тоге НЕКОМПЕТЕНТНОСТИ, которая опасна для любого государства, особенно в периоды военных и экономических обострений и кризисов.
Принципы Питера
Одним из ответвлений принципа некомпетентности может служить и такой вариант. В середине 1960‑х гг. многие мои современники с увлечением переписывали, перепечатывали и копировали модную в то время работу англо‑американского ученого Лоуренса Джонстона Питера (1919–1990 гг.) – «Принцип Питера». В ней он утверждал, что «…в иерархической системе каждый индивидуум имеет тенденцию подняться до уровня своей некомпетентности».
А если проще, то, согласно принципу Питера, человек, работающий в любом иерархическом объединении, повышается в должности, т. е. – растет до тех пор, пока не займет место, на котором он окажется не в состоянии справиться со своими обязанностями. Это будет «пробка» для движения коллектива, решающего какую‑то задачу, и фактор замедления роста – для других. «Застрявший» будет находиться на этом месте до тех пор, пока не покинет систему, в которую случайно «встроился». Как второй вариант – система сама может его выбросить.
Есть смысл обратиться к некоторым его образным сравнениям:
«Сливки поднимаются кверху, пока не прокиснут».
«Для каждой существующей в мире должности есть человек, неспособный ей соответствовать. При достаточном числе передвижений по службе эту должность займет именно он».
«Путешествие длиной в тысячу миль завершается одним единственным шагом».
«Вся полезная работа совершается теми, кто еще не достиг своего уровня некомпетентности».
«Едва работник достиг уровня некомпетентности, как вступает в силу инерция, и начальство стремится ублажить этого работника вместо того, чтобы уволить его и взять взамен другого».
«Индивидуум, занимающий наиболее могущественный пост в иерархии, имеет тенденцию тратить все свое время на чепуху».
«Чем выше взбираешься по иерархической лестнице, тем более скользкими становятся ее ступени».
«Работа, которая вам не нравится, – это неприятно. Но подлинной катастрофой может стать разлука с ней в результате вашего повышения».
«Компетентные работники, которые сами подают в отставку, встречаются чаще, чем некомпетентные, которых увольняют».
«Способности потенциально компетентного человека со временем разрушаются, тогда как потенциально некомпетентная личность поднимается до уровня, где этот ее потенциал реализуется полностью».
«Чтобы избегать ошибок, надо набираться опыта, а чтобы набираться опыта, надо делать ошибки».
Но ошибка ошибке рознь. Есть роковые, непоправимые, смертоносные ошибки для того, кто их допускает, для окружающих и даже для государства.
* * *
Есть некомпетентность служащего, который назначается через т. н. поршни – «отцовский лифт», «телефонное право», «партийная корпоративность», «рука продвижения» и т. д.
В предисловии к книге «Принцип Питера, или Почему дела идут вкривь и вкось» один из ее авторов – Раймонд Халл – писал:
«Работая над своими статьями и очерками, я исследовал механизм государственного аппарата, промышленности, торговли, не внимательно выслушивал их мнения. Я обнаружил, что, за малым исключением, люди выполняют свою работу кое‑как. Повсюду неистовствует и торжествует некомпетентность… Я был свидетелем того, как архитекторы‑планировщики руководили строительством города в пойме большой реки, где он был обречен на периодические затопления.
Совсем недавно мне удалось прочитать о том, как на одной английской электростанции рухнули три гигантских башни‑градирни: каждая обошлась в миллион долларов, но не могла выдержать хорошего порыва ветра.
Я с интересом узнал, что по окончании сооружения закрытого бейсбольного стадиона в Хьюстоне (штат Техас) было обнаружено, что как раз в бейсбол играть там нельзя: в солнечные дни блеск стеклянной крыши слепит игроков…
Для некомпетентности нет границ ни в пространстве, ни во времени.
Веллингтон, изучая список офицеров, присланных ему в Португалию во время кампании 1810 г., сказал: «Единственная моя надежда на то, что, познакомившись с этим списком, противник задрожит так же, как я».
Генерал Ричард Тейлор, участник гражданской войны, говоря о битве при Геттисберге, заметил: «Командиры армии конфедератов были знакомы с топографией местности, находящейся в одном дневном переходе от Ричмонда, не больше чем с топографией Центральной Африки».
Роберт Ли однажды горько пожаловался: «Я не могу добиться, чтобы мои приказы выполнялись».
На протяжении большей части Второй мировой войны Британские Вооруженные Силы имели снаряды и бомбы, значительно уступавшие в эффективности немецким. Уже в начале 1940 г. английские ученые знали, что небольшая добавка дешевого порошкообразного алюминия удвоит их взрывную силу. И все же эти знания были использованы только в конце 1943 года.
Во время той же войны австралиец – капитан госпитального судна, проверяя водяные баки корабля после ремонта, обнаружил, что они выкрашены изнутри свинцовым суриком. Вода из этих баков отравила бы всех до единого обитателей судна.
Об этих случаях – и сотнях им подобных – я читал и слышал, многое видел сам. Я пришел к выводу о всеобщем характере некомпетентности…
Я без малейшего изумления обнаруживаю, что советник правительства по вопросам семьи и брака – гомосексуалист…»
Эти примеры красноречиво свидетельствуют о коварности некомпетентности и ее возможных тяжелых и даже катастрофичных последствиях.
* * *
Неприемлема в любой отрасли деятельности человека некомпетентность, но особенно она страшна на участках, связанных с общественным и личным здоровьем.
Однажды мне довелось встретиться с одноклассницей Светланой. Мы долго не виделись, лет пятнадцать‑двадцать. Когда‑то это была прекрасная спортсменка, с длинными ногами, с шагом от бедра, одним словом – красавица.
– Время над тобой не властно, – заметил я, не находя разительных изменений в ее внешности: то же моложавое лицо, такая же энергичная походка, ни одного седого волоска в пышных светлых локонах блондинки.
– Что ты, я постарела, не могу долго глядеть на себя в зеркало – противно, морщины изрезали лицо. Хочу омолодиться, – щебетала она.
– Как, где, каким образом?
– У знакомого пластического хирурга, – бойко ответила она. – Надо носик поднять, побороться с сеткой морщин, как говорится, щечки подтянуть к ушам, жирок лишний с живота убрать – сейчас это легко делают… Шприцем откачивают жировые накопления, – она стала загибать пальцы правой руки, раскрывая планы косметического ремонта внешности.
– Света, да ты что… Ты прекрасно выглядишь – моложе своего возраста на десяток годков. Неужели тебе хочется ложиться под нож?
– Нет, нет, нет – я все решила. Деньжат подкопила, робость преодолела, с духом собралась.
Прошло несколько лет, и случай снова помог нам встретиться. Но это была уже другая атмосфера разговора. Я увидел ее в метро с повязкой на носу. Узнал, подошел к ней. Она стыдливо опустила голову и вдруг громко разрыдалась.
Кожа открытой части лица была пунцово‑красной, как после попадания на нее горячей воды. В запавших глазах читалась усталость, под нижними веками висели синюшные мешки.
– Что с тобой, Светлана? Ты попала в аварию, тебя побили?
– Я попала в руки шарлатана‑хирурга, вероятно, купившего диплом у метро. Свои ошибки на мне он уже исправляет четвертый раз. И все хуже и хуже. Хоть вешайся. Муж покинул, дети обсмеяли, соседи посчитали меня сумасшедшей. Но я ведь хотела себе лучшего, – бубнила она. – Рана на носу не заживает, хрящ стал толще, а нос еще больше.
– Так кто же этот «эскулап»? Подай на него в суд, – порекомендовал я ей.
– Придется, многие жалуются.
Обменявшись телефонами, мы распрощались.
Прошло несколько месяцев после этой встречи. Светлана мне позвонила и рассказала, что у хирурга другого салона красоты она более‑менее восстановила свою внешность. И все же заметила – раньше лицо ее было краше. И назвала себя дурой, что решилась на эту авантюру.
– А что с прежним «специалистом», разобралась? – поинтересовался я.
– Его отстранили от работы, он оказался действительно профессионалом, только. с ветеринарным образованием. Через свои связи этот мясник, конский доктор, устроился в салон. Правда, у него обнаружился еще один диплом – психотерапевта. Я подала на него в суд. Сейчас подключились к расследованию моего дела правоохранительные органы…
Вот такая история произошла с моей одноклассницей по вине дилетанта – специалиста, который «в иерархической системе профессии не поднялся до уровня своей некомпетентности», а явился элементарным дельцом, неспециалистом‑любителем, а если точнее – шарлатаном.
Войны Николая II
Последний российский царь Николай II в воспоминаниях приближенных рисуется разными красками, но все равно остается ощущение человека неглубокого, поверхностного, не способного сосредоточиться на главном. Александра Викторовна Богданович, жена генерала от инфантерии (пехоты. – Прим. авт.), старосты Исаакиевского собора и хозяина одного из наиболее престижных и влиятельных салонов высшей петербургской знати Е.В. Богдановича, 6 ноября 1889 г. писала в дневнике: «Наследник развивается физически, но не умственно».
Общеизвестный факт, что даже отец Николая император Александр III в 1892 г., когда наследнику было уже 24 года, отметил: «Он совсем мальчик, у него совсем, детские суждения». Лучшей характеристикой последнего царя могут быть его дневники, которые он вел, начиная с 1877 года. В них перечень малозначительных, но, возможно, важных для автора событий:
«8 мая 1905 года: «Гулял, убил кошку».
28 мая 1905 года: «Ездил на велосипеде и убил двух ворон».
2 февраля 1906 года: «Гулял и убил ворону».
8 февраля 1906 года: «Гулял долго и убил две вороны…»
И эти записи учиняются им, когда Россию сотрясают манифестации, забастовки, стачки; когда гремит Первая русская революция, когда империя терпит позорное поражение на фронтах в Русско‑японской войне.
Великий живописец Валентин Серов, когда писал портрет последнего царя, при длительном общении неожиданно увидел в Николае II ничтожество, «провинциального капитана», которому «по барабану» были государственные дела. Он даже пожаловался художнику, что ему надоело постоянно читать обилие приносимых ему документов, что он не любит эту работу. А потом написал в своем дневнике:
«…Сидел наверху у Серова и почти заснул».
Царю его портрет не понравился. Царица тоже пыталась «подучить» советами живописца, постоянно досаждая ему дилетантскими советами.
Серов как глубочайшая личность, обладавшая даром психологического проникновения в наблюдаемого им человека, увидел в «провинциальном капитане» потенциального убийцу. После революции 1905 г. в России Серов о портрете царя скажет так:
«Да, да, да, детские чистые, невинные, добрые глаза. Такие бывают только у палачей и тиранов. Разве не видно в них расстрела 9‑го января?»
Серов был человеком с обнаженной, а потому незащищенной совестью. Совесть и поступок для него были едины, он их не разделял.
«Принципов у меня мало, но я их соблюдаю», – не единожды признавался художник.
Наследник, а затем и император Николай II не проявлял интереса к государственным делам. По словам бывшего председателя Совета Министров В.Н. Коковцева, «…его образование недостаточно, и величие задач, решение которых составляет его миссию, слишком часто выходят из пределов досягаемости его понимания. Он не знает ни людей, ни жизни».
Как известно, царь до самозабвения любил пострелять на охоте, а также и сам процесс охоты. Поэтому порой случалось, что в неделю он семь дней предавался прогулкам по охотничьим угодьям.
Вот запись в его дневнике от 20 декабря 1901 г.:
«Сегодня тоже поехал в 10 часов утра, а вернулся к вечеру. Поэтому очередные доклады министров отложены…»
А.В. Богданович в книге «Три последних самодержца» отмечала запись в дневнике от 24 декабря 1901 года. Она так описала этот день:
«Министра Сипягина (министр внутренних дел. – Прим. авт.) царь взял на охоту в день его доклада, так что доклада не было. Самое печальное, что царю… неведомо, что под Россией теперь образовался вулкан, извержение может произойти с минуты на минуту».
Неспособность к управленческой деятельности у него была совсем не латентная, она была на виду. Ее видели многие из близкого окружения государя.
Некоторые прямо указывали на наличие у него абулии – патологического безволия.
* * *
Русско‑японская война (26 января 1904 – 23 августа 1905 гг.) велась за контроль над Маньчжурией, Кореей и портами Порт‑Артур и Дальний. Объектом борьбы двух стран за окончательный раздел мира в конце XIX столетия был отсталый и слабый в военном отношении Китай. Русский царь Николай II через подсказки сведущего окружения стал понимать, что на Востоке появился сильный и весьма агрессивный противник, положивший глаз на соседние с Россией территории.
Российская группировка войск составляла 330 000 человек, японская – 270 000. Линия фронта двух противостоящих армий была смехотворно мала по сравнению с тысячекилометровым советско‑германским фронтом во время Великой Отечественной войны – всего 65 км.
Эта линия противостояния обозначила первую трагичную для России двухнедельную сшибку под Мукденом. Но перед этим позорищем для русской армии были кровопролитные бои под Ляояном, на реке Шахэ и под Сандепу.
Все эти сражения были проиграны главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооруженными силами, действующими против Японии, генералом от инфантерии А.Н. Куропаткиным. После поражения при Мукдене Куропаткин был отстранен от должности главнокомандующего и заменен командующим 1‑й армией генерал‑адъютантом Н.П. Линевичем.
Надо отметить, что в этих боях прошли суровую школу многие офицеры и генералы, ставшие героями другой войны – Первой мировой.
В ходе сражения правый фланг русских был отброшен так далеко, что Куропаткин вынужден был отойти, а скорее – выйти из боя.
Это было позорное поражение, которого русская армия не испытывала давно. Операция под Мукденом завершила боевые действия на Маньчжурском фронте. В результате этого сражения японские войска захватили всю южную часть Маньчжурии.
Николай II, получив известие о победе японцев под Мукденом, в октябре 1904 г. «без кройки решил отрезать». Он отдал команду «срочно» направить Вторую и Третью Тихоокеанские эскадры из Балтики на Дальний Восток.
Что такое «срочно» для той обстановки? Это, прежде всего, пройти 18 000 морских миль: устать личному составу, израсходовать моторные ресурсы, постоянно решать головоломки с пополнением топлива и т. д. Вторая Тихоокеанская эскадра только в мае подошла к Корейскому проливу. В это время адмирал Того, согласно полученным разведданным, подготовил капкан для россиян.
В наиболее узкой части пролива, между островами Цусима и Ики, японский флотоводец устроил засаду. 27 мая 1905 г. отряд его кораблей в упор стал расстреливать наших моряков. В этом бою был серьезно ранен адмирал Рождественский. Управление эскадрой распалось. Мужественно сражались наши воины, но фактор внезапности и превосходство японцев в силе сделали свое дело.
В этом бою было потоплено большинство кораблей эскадры. В результате Цусимского сражения русская эскадра потеряла убитыми свыше 5 000 человек. Были потоплены, сдались и интернированы 27 кораблей. Японская эскадра тоже понесла потери, но они были значительно меньше.
Итак, в результате вооруженной борьбы на сухопутном и морском театрах боевых действий, Япония добилась достаточно крупных побед. Однако понимание того, что потенциальные возможности Японии в людских ресурсах – ничто по сравнению с Россией, правительство Страны восходящего солнца сразу же после Цусимского сражения обратилось к США с просьбой о посредничестве к миру. Кроме того, японцы понимали опасность возобновления боевых действий из‑за истощения своих ресурсов.
23 мая 1905 г. император Николай II получил через посла США в Петербурге – господина Мейера – предложение американского президента Теодора Рузвельта о посредничестве для заключения мира.
* * *
Уже упоминаемый выше генерал‑адъютант Николай Петрович Линевич в депеше № 1106 от 22 марта 1905 г. писал императору:
«…Несмотря на многочисленные затруднения, по моему глубокому убеждению, Россия в настоящее время ни под каким предлогом не должна просить мира у Японии…
Россия, по моему мнению, не только может, но и должна во что бы то ни стало продолжать войну, чтобы победить Японию, т. к. средств у России еще много, а прося мира у Японии, мы должны заплатить контрибуцию в один, а может быть, и в два миллиарда рублей…»
Но Николай II не внял совету нового главнокомандующего.
27 июля 1905 г. в американском городе Портсмут открылась мирная конференция. Японская делегация ликовала. По мирному договору обе стороны обязались вывести свои войска из Маньчжурии. Россия уступала Порт‑Артур и железную дорогу до станции Чанчунь. Во владение Японии переходила южная часть Сахалина – к югу от 50‑й параллели. Кроме того, Россия обязалась предоставить японцам право рыболовства вдоль русских берегов в Японском, Охотском и Беринговом морях.
Война нанесла народам России и Японии огромный ущерб. Государственный долг Японии возрос в 4 раза. Потери ее личного состава: более 135 000 убитыми и умершими от ран и болезней, около 554 000 ранеными и больными.
Россия затратила на войну 2 347 000 рублей. Около 500 млн. рублей было потеряно в виде отошедшего к Японии имущества и потопленных военных кораблей и гражданских судов. Потери России составили 400 000 убитыми, ранеными, больными и пленными.
Легкость подхода императора в подборе кадров, его безразличие и равнодушие к просчетам, полная некомпетентность, отсутствие нужной для полководца силы воли и твердости духа, излишняя осторожность и элементарная трусость в принятии решений генерала А.Н. Куропаткина, слабо разбирающегося в стратегии военного искусства… Он не столько жаждал победы над противником, сколько боялся поражения.
Подчиненные командиры и начальники не раз слышали от него команду: «Прошу не рисковать!» Но на войне больше всех рискует тот, кто не рискует. А поэтому никогда опасность не преодолевается без риска. По мнению многих очевидцев тех событий, в штабах его полков и дивизий царила атмосфера всеобщей неразберихи.
А как же вел себя царь в это время? Он практически отстранился от военных событий. После предательской сдачи комендантом крепости Порт‑Артура совершенно бездарным военачальником генерал‑лейтенантом А.М. Стесселем, хотя сегодня некоторые историки его обеляют, со слов К.Н. Рыдзевского, император повел себя довольно странно:
«Новость, которая удручала всех, любящих свое Отечество, царем была принята равнодушно, не видно на нем ни тени грусти. Тут же начались рассказы Сахарова, его анекдоты, и хохот не переставал.
Сахаров умел забавлять царя. Это ли не печально и не возмутительно!»
А ведь с падением Порт‑Артура война окончательно вошла в разгромную для России фазу. А что же за личность этого лихого развлекателя анекдотами и рассказчика крутилась возле императора? Сахаров Владимир Викторович прошел быстро путь от поручика 8‑го гусарского Лубенского полка до генерала от кавалерии. Он принадлежал к ближайшему окружению императора, императрицы и вообще князей Романовых. Пользовался их особым доверием. Это он помогал Григорию Распутину приблизиться к императорскому двору Романовых. В 1904–1905 гг. он уже начальник штаба главнокомандующего сухопутными и морскими силами, действовавшими против Японии.
Феномен Г.Е. Распутина
О Григории Ефимовиче Распутине (1869–1916 гг.) – друге царской семьи и завсегдатае ее двора – написано сотни книг, тысячи статей и монографий, и автору захотелось раскрыть исследуемую в книге проблему некомпетентности и ее воздействие на ущербные явления в государстве на примере «сибирского пророка».
До последнего времени одним из источников о биографии Григория Ефимовича Распутина считается роман Валентина Пикуля «Нечистая сила». Хотя после выхода романа не столько утекло много времени, сколько притекло немало новых материалов из разных исторических родников. Итак, начнем с описания внешности:
«…Был одет в серый дешевый пиджак, который имел очень поношенный вид. Брюки его были под стать пиджаку, которые буквально висели над мужицкими сапогами, намазанными дегтем. Волосы Григория были причесаны в скобку, а борода торчала всклокоченным куском. Руки Распутина – грязные, ногти не стриженные, а еще от него несло неприятным духом.
На лбу предсказателя торчала огромная шишка, которая досталась ему в одной из кабацких драк, ее он пытался спрятать под волосами. Выдающийся нос был весь покрыт оспинами, а на правом глазу желтело пятно…»
Родился Распутин в сибирском селе Покровка Тобольской губернии. Детство и юность Григория в истории практически не раскрыты. Известно только, что он не прочь был выпить, любил танцевать под гармошку, нередко дрался в кабаках, ужасно сквернословил, увлекался конокрадством. По натуре был мстителен, свиреп при ответах на обиды. В среде любителей чужих лошадей – конокрадов – набрался первыми знаниями о врачевании животных и знахарстве людском.
Так бы и прожил Григорий в Сибири, «врачуя и предсказывая» темным селянам их судьбы, но молва людская рвет границы, разбегается кругами по воде после брошенного камня. И вот она дошла до Москвы. Говорят, им заинтересовались черносотенцы. Членам реакционной общественной организации в России в пропагандистских целях нужны были простые мужики, обладающие способностями влиять на людей. Поговорили с ним представители и «что‑то нашли» в нем.
Потом его возможности оценили дочери черногорского князя Николая Негоша – Милица и Анастасия. После Москвы он оказался в Северной столице, а потом и при царском дворе по рекомендации фрейлины Анны Вырубовой и архимандрита Феофана.
Надо отметить, что Григорий Распутин появился при дворе в самые трагические годы русской истории – во времена двух проигранных войн.
Первая встреча Николая II со «старцем» произошла 1 ноября 1905 г., о чем есть отметка в дневнике царя:
«Познакомился с человеком Божьим Григорием из Тобольской губернии».
Если кратко, он врачевал больного гемофилией царевича Алексея: каким‑то образом останавливал открывавшиеся кровотечения. Открытым остается вопрос, каким образом «старцу» удавалось купировать течение болезни. У психологов есть ответ: природные гипнотические способности. Но медики полагают, что для такой тяжелой болезни подобных способностей мало. Императрица же считала, что существуют между людьми и Богом посланцы на земле, к коим она причисляла и
Распутина. Вот почему он оказывал влияние прежде всего на мать больного наследника – Александру Федоровну.
Когда началась война с Германией, по Петербургу неожиданно стали ходить разговоры, что Распутин занял прогерманскую позицию и через царицу добивается решений в пользу кайзера. Слухи эти росли, обрастая разными подробностями Сегодня существуют две версии о влиянии Распутина на императорский двор: одна – влиял, другая – нет! Автор – сторонник первого умозаключения.
Именно под влиянием «друга» Распутина и давлением Александры Федоровны было изменено положение Верховного главнокомандующего Российской армией – вместо великого князя Николая Николаевича Романова им стал Николай Александрович Романов. Каким полководцем оказался царь, знают сегодня многие, интересующие этой темой.
Так же не без воздействия «друга» был перекроен состав Министерства внутренних дел в период 1914–1915 гг. В истории этот процесс известен как «министерская чехарда».
Последний рыцарь Российской империи генерал Петр Николаевич Врангель писал:
«Распутин внушал, императрица приказывала, император слушался. Если бы был у императора сильный характер, и не любил бы он свою жену, никакого Распутина не было и, возможно, революции».
Будущий сподвижник генералов Врангеля и Деникина после окончания Первой мировой войны адмирал Александр Иванович Пильц считал Распутина негодяем и желал, чтобы начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Алексеев открыл глаза императору на Распутина и его нечистые дела, наносящие огромный ущерб империи.
Лейб‑медик царской семьи Е. Боткин, несколько в ином ракурсе рассматривавший роль «старца», писал:
«Не было бы Распутина, то противники царской семьи и зачинатели революции создали бы его своими разговорами из Вырубовой».
В одном из секретных формуляров царской охранки имелось целое донесение, датированное 24 февраля 1912 г., с попыткой анализа того влияния, которое оказывал Григорий Распутин на царя и царицу. Начиналось оно такими словами:
«Секретно.
По кулуарным слухам история Григория Распутина представляется к данному моменту в следующей схеме. Значение Распутина двояко: оно заключается, во‑первых, в политическом влиянии на Государя и, во‑вторых, в мистическо‑религиозном влиянии на Государыню…»
У каждого народа есть свой идеал. Русский идеал – он был и есть от Бога. Это идеал Божьей правды на земле. В ней милость и истина неотделимы. Вот почему «Божий помазанник» так легко вошел в царский двор, где царила религиозно‑православная аура с византийским оттенком и собеседники часто рассуждали не друг с другом, а друг о друге.
Так рождались сплетни, подтачивались основы царского единоначалия, унижалась верность императору, шельмовалась армия.
На Распутина при дворе «царя Бориса» – президента Ельцина – своими действиями был очень похож Березовский, вторгшийся в доверие семьи «гаранта конституции». Влияние Бориса Абрамовича на Кремлевский двор и семью было столь велико, что он достиг одной из секретнейших должностей в России – заместителя секретаря Совета Безопасности РФ. Это был позор ельцинского правления и удар по авторитету страны.
Однако вернемся к Распутину. Логический конец демонической личности Распутина, который каким‑то удивительным образом получил огромное влияние на царя и царицу, фактически предвосхитил и конец монархии. Дошло до того, что солдаты Семеновского полка со смехом говаривали: «Царь с Егорием, а царица с Григорием».
А потому убийство «святого старца» великим князем Дмитрием Павловичем, монархистом и черносотенцем Владимиром Пуришкевичем, князем Феликсом Юсуповым и военным врачом Станиславом Лазовертом рассматривалось как освобождение России от скверны, как очистительное действо во имя спасения государства.
По этому поводу Феликс Юсупов позже писал:
«Когда Распутин черной тенью стоял около престола, негодовала вся Россия. Лучшие представители высшего духовенства поднимали свой голос на защиту Церкви и Родины от посягательств этого преступного проходимца. Об удалении Распутина умоляли Государя и Императрицу лица, наиболее близкие к Царской семье. Все было безрезультатно.
Его темное влияние все больше и больше укреплялось, а наряду с этим все сильнее нарастало недовольство в стране, проникая даже в самые глухие углы России, где простой народ верным инстинктом чуял, что у вершины власти творится что‑то неладное».
Следователь по делу об убийстве Распутина М. Соколов пришел к выводу, что духовное, общественное и политическое влияние на царскую семью установлено полностью и имело место быть.
Вред, нанесенный некомпетентным человеком в делах царского двора влиянием на императрицу, вмешательством во внутренние и даже международные дела правительства и самого императора, велик по своим тяжелейшим последствиям. Самое страшное то, что он действовал, как слон в посудной лавке, в период двух тяжелейших войн, особенно войны с Германией, проигранной и из‑за его некоторых подсказок, которые не хотят видеть некоторые историки.
* * *
Интересны воспоминания о реакции Николая II на фронтовые события 1904–1905 гг. и 1914–1918 гг. Ю.Н. Данилова – человека, стоявшего близко к венценосной персоне.
Юрий Никифорович Данилов, во время Русско‑японской войны – полковник, начальник оперативного отделения Главного штаба. В годы Первой мировой войны – генерал‑квартирмейстер, а затем генерал от инфантерии.
Он вспоминал:
«В царском поезде большинство было удручено событиями, сознавая их важность и тяжесть. Но император Николай II почти один хранил холодное, каменное спокойствие. Он по‑прежнему интересовался общим количеством верст, сделанных им в разъездах по России, вспоминал эпизоды из разного рода охот, подмечал неловкость встречавших его лиц и т. д.
Свидетелем того же ледяного спокойствия Царя мне пришлось быть и позднее; в 1915 г. в трудный период отхода наших войск из Галичины; в следующем году, когда назревал окончательный разрыв Царя с общественными кругами, и в мартовские дни отречения во Пскове в 1917 году».
Генерал А.А. Брусилов в своих воспоминаниях называл его (Ю.Н. Данилова. – Прим. авт.) «человеком узким и упрямым»:
«Его доклады, несомненно, влияли в значительной степени на стратегические соображения Верховного главнокомандующего, и нельзя не признать, что мы иногда действовали в некоторых отношениях наобум и рискованно разбрасывались – не в соответствии с теми силами, которыми мы располагали».
Некомпетентность – это не отсутствие опыта и знаний; она случается с людьми самоуверенными и ленивыми на мысли, трусливыми и равнодушными, болезненно амбициозными и тугодумами, узкими и упрямыми, боящимися риска и правды. Равнодушие и безразличие к делам большим и важным непременно являются составляющими некомпетентности. Последний царь даже во время Первой мировой войны, будучи Верховным главнокомандующим и находясь в ставке, немало времени предпочитал уделять прогулкам и игре в домино.
Такие типы боялись глубоко влезать в суть явлений, в события, ситуации, т. к. для поиска решения они были слишком нетерпимы.
По поводу последнего звена этой цепочки Л.Н. Толстой утверждал: «На вопрос, что делать, я ответил себе: не бояться истины, куда бы она меня не привела». Вышеупомянутые типажи как раз боялись раскрыть истинную картину случившегося.
* * *
Следует отметить, что всякое историческое событие в жизни человечества, а тем более в войне, которая заканчивается одним из двух финалов – победой или поражением, связано одним тугим узлом внутренних причин. Его завязывают как непосредственные участники инцидента, так и наблюдающие «бой со стороны», но порой сильно влияющие на ход событий.
Поражение в Русско‑японской войне, кровавое подавление революции 1905–1907 гг., Ленский расстрел 1912 г. на приисках золотопромышленного товарищества, неудачи на фронтах Первой мировой войны, чехарда в смене главкомов – это вехи постепенной потери управляемости войсками, а затем и государства.
Способного, одаренного, популярного в войсках и в обществе генерала от кавалерии Николая Николаевича Романова – внука царя Николая I – по единоличной воле Государя, под влиянием государыни и распутинской клики отстранили от должности главковерха в годину военного лихолетья. Император его не любил. Но при чем тут «любить – не любить», когда на кон тяжелейшей войной поставлена судьба Отечества!
«Полковник» Николай Александрович, последний российский царь – сын императора Александра III – не знал по‑настоящему армию, имел звание бутафорское, а поэтому не мог руководить соединениями и объединениями войск на театрах военных действий. И вот эта «серая лошадка» назначает себя полководцем.
«Между тем, – как писал А.Д. Бубнов, – сто лет перед этим, в еще более тяжелую годину для России Отечественной войны, предок императора Николая II, император Александр I, значительно более, нежели он, одаренный и знающий, сам устранил себя от Верховного командования».
Он считал себя для сего недостаточно военнообразованным и подготовленным, проявив при этом возвышенное понимание своего монаршего долга, широту своего ума и глубину понимания блага России, и назначил, отвечая всеобщим желаниям, Верховным главнокомандующим Кутузова, который, однако, не пользовался его личными симпатиями, но который в то время, подобно великому князю Николаю Николаевичу в Первой мировой войне, один в России был способен нести тяжкое бремя Верховного командования.
Императорская некомпетентность на посту Верховного главнокомандующего была замечена не только генштабистами, но и полевыми командирами частей и подразделений Русской армии.
Прямой причиной поражения России была революция, а если точнее, то то обстоятельство, что она вспыхнула раньше, чем российское командование успело предпринять операции, которые должны были привести Российскую империю к окончательной победе в войне.
Немаловажным пораженческим фактором России в войне явилась из‑за неподготовленности нерешенная царем и его правительством проблема завладения Босфорским проливом. Именно эта болячка затянула войну, поспособствовав тем самым разложению армии со стороны большевистских агитаторов и наступлению революций в феврале и октябре 1917 года.
Очередной причиной поражения в войне явилось то обстоятельство, что в стране существовали «ножницы» между внутренней политикой престола и к нему приближенных, находившихся под гнусной распутинщиной, и общественностью.
Народ сначала не понимал, а потом стал презирать царя и царицу, что свидетельствовало о неспособности Государя гармонизировать Россию, увязшую в болоте военной авантюры.
Известную долю вины в разжигании революции несли и либеральные круги русской интеллигенции, которая презирала власть и не понимала простого труженика, ибо она была «слишком далека от народа».
Осевшие в Государственной думе и различных общественных организациях «слуги народа», предлагали этому народу программы, совершенно оторванные от всякой русской действительности в строительстве российской государственности. Она, эта государственность, могла быть только империей из соображений территориального пространства и многонациональности.
Эти люди требовали большей демократии. Но идея демократии – это самая опасная и губительная иллюзия человечества. Ни в одной стране мира демократии нет. Анализируя политическое устройство США или любой страны Евросоюза, да и стран СНГ, мы можем смело утверждать, что никакой власти народа в настоящее время нет. Как не было той же самой демократии в родоначальнице оной – в Древней Греции.
Сегодняшняя демократия – это система способов управления массовым сознанием, а если короче, то людьми. Вся западная психология направлена на исправление человека, испорченного средой обитания. А кто ее создал, эту среду, если не власть?!
«Каждый народ мира, – писал известный российский философ Иван Солоневич, – стремится создать свою культуру, свою государственность и, наконец, свою империю. Если он этого не делает, то не потому, что не хочет, а потому, что не может. Или потому, что понимает недостаточность своих сил. Оценивать это свойство с моральной стороны нет никакого смысла: оно проходит красной нитью через всю мировую историю. Но можно морально оценить и методы, и результаты имперской стройки. Можно также установить тот факт, что Империя оказывается тем крепче, чем удобнее чувствуют себя все населяющие ее народы и племена.
Империя Российская есть самое старое государственное образование Европы. Она, как единое национальное целое, практически возникла, как «Империя Рюриковичей» и национально, как «русская земля», единая земля для всех авторов всех наших летописей».
Это то, чего не понимала и не принимала российская интеллигенция и в 1917 и в 1991 гг., облученная мракобесием «демократии», которая отобрала у народа и поделила госсобственность, положила ее под себя, как собирает под себя наседка, высиживающая яйца. Но из куриных яиц получаются цыплята. А то имущество, на которое село либерально‑демократическое чиновничество на постсоветском пространстве, высидело олигархию. Она «прихватизировала» все то, что работало на граждан царской, а позже и советской империи. Сегодня имущество империй работает на карманы меньшинства. Большинство народа – это рабы на галерах.
Да простит меня читатель за отступление. Но и в этом порыве к демократии по западным лекалам есть некомпетентность тех, кто пытался и пытается заниматься политико‑экономическим плагиатом. На компиляции далеко наша страна не уедет – пропадает творчество масс.
Поэтому такой плагиат чужд России!
Итак, Николай II, ближайшее окружение и его некоторые выдвиженцы так и не научились кроить, а резали по живому, проигрывая одну кампанию за другой и, в конце концов, потеряли великое государство.

.
Просмотров: 378 | Добавил: NIKITA | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]